— Макс, я пригласил. Я сам должен платить.

— Это приказ. У меня премия хорошая была. За Валета.

— Сколько?

— Много. Ну, хватит на дорогой коньяк.

— Нет, — мотнул он головой.

— Мне несложно оплатить счет, — настаивал я. — В качестве подарка, так сказать…

Корюшкин на секунду задумался, потом твёрдо кивнул.

— Ты подарил мне деньги. Вот с них и заплачу. Если не хватит — добавлю из своих.

— Ладно, — сказал я. — Тогда давай ещё крабов закажем. И осетринки. И устриц.

У Вани глаза округлились.

— Шучу. Я этих водных гадов не ем. Давай по-ментовски. Шашлычок, балычок, лучок, разносолы.

Мы с улыбкой подняли бокалы.

— Ну, скажу первым, — я даже встал. — За Ваню. С которым знаком не так давно, но успел сдружиться.

Я мельком взглянул на Иру. Та, прищурившись, смотрела на меня, как будто мой тост был обращён не к имениннику, а я продолжал.

— Чтобы ты, Вань, женился наконец. Возраст у тебя уже позволяет. А мы, надеюсь, погуляем у тебя на свадьбе. Тем же составом, так сказать.

Ваня засветился, в глазах его появилось что-то мальчишеское. Он только мельком глянул на Оксану, а затем перевёл взгляд на Иру, как бы проверяя её реакцию.

Мы чокнулись. Выпили.

Девушки исподлобья продолжали наблюдать друг за другом. В зале заиграла музыка. Медленный танец. Ира тут же наклонилась ко мне:

— Макс, потанцуем?

Но Кобра не дала мне ответить. Просто взяла за руку и повела к танцполу.

Ира смотрела вслед. Потом отвернулась к Ване:

— Ваня, потанцуем?

— Конечно, Ир. Почему нет.

Я кружился с Оксаной в ритме неспешного медляка. От неё пахло дорогими духами, волосы щекотали щеку, и в груди что-то приятно переворачивалось.

— Всё-таки пришла, — сказал я.

— Не обольщайся, Яровой, — тихо проговорила она. — Просто давно не выходила в свет. Это платье даже не выгуливала ни разу.

— А зря. Тебе очень идёт.

Я старался смотреть в глаза, но всё равно взгляд сползал ниже, к линии декольте, к вырезу платья, к тому, что манило и сбивало с мысли.

Когда музыка стихла, мы вернулись к столу. Опять разговоры. Работа, дела.

Ира вдруг легонько хлопнула ладонью по столу:

— Так Оксана что, тоже из полиции? Я думала, Макс, она твоя девушка.

Я замер. Неловкость повисла в воздухе.

— Я думала, ты уже ту рыжую бросил? — продолжала накидывать хитрая Ирка.

— А давайте. выпьем! — перебил Корюшкин. — За друзей! Вот у меня, ик… ещё недавно никого не было, и-ик, а теперь — целый стол.

Он икнул ещё раз, но выглядел при этом абсолютно счастливым.

Праздник был в самом разгаре. Девчонки ушли на танцпол, как только зазвучала музыка в записи. Живые музыканты уступили место динамикам, и оттуда бодренько запела Овсиенко: «Давай оставим всё как есть, пока мы счастливы…».