Теперь я видел, что моему дяде палец в рот не клади, всю руку откусит. И ведь главное знает, что мне это действительно по силам. Вот серьёзно, того и гляди, моими способностями начнёт обращаться лучше, точнее и чаще, чем я сам.

Потирая ладони, я зашёл Георгу за спину, расчехляя и способность «Оператора» и шаманский навык «Заклинатель». Вдобавок целебную ауру развернул и начал сращивать его череп, а то от энергетических манипуляций пациент мог откинуться прямо в кресле. Ну и про огненную ауру я не забыл, ведь надо же чем-то сжигать его договор.

И как-то так интуитивно сложилось, что оперируя сразу несколькими способностями, я погрузился в полутрансовое состояние. То ли от уставшей головы, то ли от подсознательного желания побыстрее разобраться, произошло это как-то само собой. Моё восприятие погрузилось в темноту, где оперировать стало легче и на фоне которой ярко сияли все присутствующие.

Дух Елизаветы теперь напоминал высеченную из многоцветного камня стройную леди. У Якова же чёрный звериный образ подсвечивался красным контуром, будто та тёмная дымка. Дух Анатолия напоминал перекачанного стероидами серокожего мутанта, а сущности Георга и Полины выглядели весьма скромно и, я бы даже сказал, стандартно. Особенно у последней.

И если у Елизаветы и Якова сущности как будто сливались с их телами, то у остальных они всё также были отделены. Собственно, по памяти Лидии Ахматовны, это и являлось основным отличием между нормальными людьми и теми, кого на острове «NewLand» называли Озарёнными.

Манипулируя с оковами Георга, я приходящие тяжёлые мысли ворочал, обрабатывал и задвигал поглубже, обещая себе рано или поздно добраться до памяти Грея и понять, почему всё так. Да, горько видеть, что не только избранные, а буквально все имели предрасположенность к обретению способностей, но явно на связывание всех и вся имелась веская причина. Тот же фактор Всемирной Эпидемии Одержимости на это намекал явно.

— Ну что, ты скоро? — напряжённо спросил Яков.

— Не торопи, а то успеем… — промычал ему сквозь транс, попутно доставая из вороха нитей ту самую, которая отвечала за рабочий договор.

Каким-то чутьём я отличил её от остальных и теперь вовсю сжигал, вкладывая почти треть той энергии, которую на прислугу потратил. Крепко же этого дворецкого приковали, тут уж ничего не сказать. По мере сжигания, я усиливал целебную ауру и голова Георга начала приходить в норму. И прежде чем полностью его излечить, я частью своего сознания закончил формировать заговор и начал его вслух начитывать.

Проиграв, смирись, не борись, уймись,