— Так ты в МЭДе учился? — спросил у него, помогая загружать капсулу с пищевой пастой в кормушку-бота. — Я думал оттуда так просто не отпускают.

— Так меня и не отпустили, — ответил он грустно, глядя не по юношески умными глазами. — Это наказание такое. За неугодное поведение ставят блок на знания МЭД-Глосс и сдают в наём, после которого предоставляется шанс дальнейшего обучения. Официально преподносят как работу в поле на благо общества.

— Это за что же тебя так? — неприятно удивился такому раскладу в вечно блюдущей нормы морали и нравственности корпорации МЭД. — Как можно таких молодых к мажорам в услужение отдавать? Я думал, что хоть в МЭДе с нравами всё нормально.

— Ну, я несколько старше, чем выгляжу, — с улыбкой поведал мне парень, поправляя медицинский халат, сидящий на нём слишком уж свободно. — А в МЭДе я слишком много лишних вопросов задавал и ещё передовые препараты умыкнул. Не для себя, для сестры своей.

Он кивнул в сторону запертой комнатки, где всё также находилась мастерица по снадобьям. Кудрявая девчонка без ног, чей цвет волос в темноте её каморки я в прошлый раз так и не разглядел, ибо видел мир тонким зрением. Вот и сейчас цвет её ауры чётко обозначался под потолком, где она в своём левитирующем кресле брала с полок нужные растворы. И даже так, она достаточно сильно отличалась телесной комплекцией и духовными узорами от своего брата.

— Так получается она твоя…? — начал произносить и Вит, услышав сомнения в моём голосе, сразу пояснил.

— Да, сестра, только сводная. Наши родители были медиками. Познакомились при получении совместного контракта и пропали без вести в Уральской зоне отчуждения.

— Соболезную вам. — приложил ладонь к сердцу, но парень только плечами пожал.

— Мы слишком малы были, чтобы помнить, — на этих словах его заспинная сущность дёрнулась мелкой рябью, что явно указывало на обратное. Всё он помнит, только очень уж хочет себя переубедить. На что, конечно, имеет полное право. — Иии… простите что так вот вам всё вываливаю. Тут не с кем было особо поговорить об… об…

Видимо он хотел рассказать о том, о чём говорить не следовало. Стягивающие рот его сущности нити засияли и парень замолчал.

— Да ничего, Вит, я понимаю, — похлопал его легонько по плечу, прекрасно различая в единственно открытом глазу его сущности тихую мольбу. Понятное дело, что не смотря на блокировки МЭД-Глосс парень хотел выговориться и поделиться многим. Хотел получить свободу, но даже попросить об этом не мог. — Я понимаю. Если захочешь, приходи потом ко мне и я попробую тебе помочь.