Глава 1
Последний Судия Морвенхольма.
Из «Хроник Забытых Порядков», т. VII, гл. «Стражи Равновесия»
Судьи Морвенхольма — древние духи космического равновесия, некогда являвшиеся по трое в эпохи величайшего разврата власти. Они не судили по человеческим законам, а восстанавливали гармонию, устраняя тех, чья жестокость разрывала ткань бытия.
Однако в эпоху «Железного Цветения» на земли Морвенхольма пришли новые боги. Существа из иных сфер, чья воля была жестче камня, а милосердие не существовало вовсе. С ними Судьи сошлись в великой битве за душу мира. Двое пали, разорванные на части в небесах над горой Тенебрар, и их рога превратились в бурю, что до сих пор бушует над пустошами. Лишь Верховный Судья, Агнилор, Судия Пепла и Огня, выжил и одолел жестоких божеств. Он укрылся за Туманной рекой, став последней нитью, связывающей мир с древним Законом. Его возвращение знаменует не просто кару, а последнюю попытку сохранить то, что ещё можно спасти.
* * *
Ледяной ветер рвал остатки изодранной одежды Каэлена, обжигая кожу и выжимая последние силы. Он бежал, задыхаясь, спотыкаясь о скрытые под снегом корни кровавостволов, чья багровая кора казалась почти черной в сумерках вечной зимы Морвенхольма. Каждый вдох был пыткой, легкие горели, а в ушах стучала кровь, заглушая даже хруст снега под его изношенными сапогами.
Впереди, сквозь голые, переплетенные ветви, маячила призрачная надежда, Туманная река. Говорили, кто уходил за нее, уже никогда не возвращался. Для многих это была последняя тропа. Освобождение от страданий, и Каэлен отчаянно цеплялся за эту мысль. Смерть или спасение, сейчас это было почти одно и то же.
За его спиной, еще далеко, но неумолимо приближаясь, слышался едва различимый лай волко-псов и далекий, почти музыкальный звук охотничьего рога. Охота. «Алая Забава», как называло ее высшее сословие.
Он был последним. Остальные семеро, такие же бродяги и мелкие преступники, выхваченные солдатами с Королевского тракта, который в народе прозвали Змеиным Путем, уже встретили свою смерть. Одного пронзила арбалетная стрела. Другого разорвали молчаливые, дымчато-серые волко-псы, чьи укусы, говорили, высасывали саму жизнь. Двоих зарубили мечами, хохоча и соревнуясь в ловкости удара. Еще троих затравили, как диких зверей, молодые лорды на вороных конях, проверяя остроту своих боевых топоров.
Каэлен помнил их счастливый смех, звонкие голоса прекрасных леди, что прижимали к изящным носикам надушенные платочки, дабы не вдыхать простонародный смрад. Скоро весна, время свадеб, и молодым аристократам следовало показать свою удаль, выбрать пару, что разделит с ними ложе и титул.