так делают! Одним больше, мы и не заметим… Меланта, когда ей надо куда-нибудь уехать, оставляет нам своих пачками, не считая. Даже не проверяет потом, всех ли вернули. Мне иногда кажется, что парочка потерялась, одичала и живёт где-то в саду, воруя еду из кошачьей миски. Там ночами кто-то всё время шуршит в кустах. — Мы подумаем над этим! — сказала Василиса, а Матти покраснел ещё больше. Они тоже собрались уйти в дом, но я остановил. — Погоди, Вась, там твои поклонники идут. С тех пор, как Василиса наладила первые контакты с аборигенами, они её уважают безмерно. Считают кем-то вроде посла доброй воли, или чёрт его знает кем ещё. Их бывает сложно понять. Туземцы продолжают во исполнение древних обетов убирать город, охотно поставляют нам продукты, но обычно стараются держаться в отдалении. Робеют. Понятия не имею, кто их надоумил приносить нам подарки на День Основателя, но вот уже четвёртый год таскают. И сейчас несут — солидные пузатые мужички, забавно смотрящиеся с плетёными цветными корзинами. Внутри — символические дары, знак уважения. Домашний сыр, домашний хлеб, копчёное мясо, местное вино (довольно среднее), местное пиво (кислая дрянь). Мы всегда отдариваемся в ответ, вот Алька с Настей уже несут такие же корзины на возврат. Внутри табак, специи, чай, кофе, пара бутылок бренди «Иван мэйд» — его очень уважает здешний старейшина. И главное, ради чего всё это затеяно — заряженный акк. Он обеспечит их скромные потребности в электроэнергии на следующий год. Потому что традиции традициями, а лояльность аборигенов на пустом месте долго не держится. Гости искренне обрадовались Василисе, она у них символ добрососедских отношений. Мужички степенно поклонились, и я увидел, что за их спинами скромно топчется некий юноша. Ага, знакомая физиономия. — Это он, — громко прошептал за моей спиной Зелёный Насте, — твой местный воздыхатель? — Да, — тихо ответила она, — Тирен зовут. — Пригласишь? — Нет, не пойдёт, стеснительный. — Ничего, симпатичный, глазки умненькие… — Сергей, ты прям как про щенка какого-нибудь! — возмутилась Настя. — Ой, не бери в голову, Настюх. Лишь бы тебе нравился. Но, если он тебя обидит, я ему обижалку мигом откручу… — Сергей, я могу за себя постоять, ты знаешь. — Знаю, знаю. Но если что — только свистни. — Спасибо, я ценю. Ему, значит, свистнет, а отцу, хоть и приёмному, нет. Ну-ну. А я, между прочим, за неё тоже… Сделаю что-нибудь. Ну, или Таиру попрошу. Таира явилась последней, когда все уже садились за большой сборный стол. Его пришлось накрывать