Старейшина обвел взглядом собравшихся душеловов клана и уверенно произнес:

— Все знают, на что идут? Все понимают, какой риск грозит, если мы просчитались?

Каждый душелов имел повязку на лбу с рунами. Они сливались в слово «страж». У каждого на рту была приклеена бумага, на которой были написано слово «замок». Поэтому каждый из них молча кивнул.

— Тогда с этого момента приказываю считать друг друга мертвыми, — произнес старичок. — Мы все мертвы и единственное, что нас волнует — засунем ли мы этого духа в нашу клетку или нет.

Участвующие снова кивнули.

— Изаму! Ты отправляешься на корабль. Если что-то пойдет не так — местные жители притащат наши тела в бухту.

Младший сын старейшины кивнул и подхватив сумку, в которой принесли инструменты и артефакты для ритуала, спешно отправился по тропе к бухте.

Старик же выждал несколько минут, после чего указал на свечи.

— Занимаем места. Закат близко.

Каждый душелов встал возле своей свечи и погрузился в медитацию, стараясь настроиться на тяжелый бой. Свечи поначалу никак не реагировали, но спустя десяток минут их фитили начали медленно тлеть.

Младший брат главы клана Темной воды успел добежать до бухты и запрыгнуть в шлюпку, когда увидел первые струйки черного дыма, взмывающие к небу. Лучшие душеловы клана начали свое дело.

Старик стоял чуть в стороне и с виду никак не участвовал в ритуале, который набирал силу. Но то, что его роль была непростая — свидетельствовал черный кинжал в руке. С виду он был самым обычным — обоюдоострое лезвие, простенькая гарда и мутный черный камень в навершии рукояти. И только знающие историки смогли бы в нем опознать символ прошлой эпохи мастера Тадаши — Орудие Ульриха.

Ритуал же из простого источения черного дыма свечами превратился в настоящий магический призыв, который заставил явиться духа острова Хатидзё. Но вопреки своей сущности он явился не в виде огромного каменного голема, который так и стоял чуть в стороне, а в виде мутной тени человека.

— Кто… КТО ПОСМЕЛ?!! — взревел разъяренный дух, и метнулся к ближайшему душелову. — Кто посмел меня…

Тут между душеловами, стоявшими в шестигранике, мгновенно возникла черная пелена, образовавшая неприступный барьер.

—…Вы… ЭТО ВЫ УБЛЮДКИ! — взревел дух и со всей силы влепил кулаком в стену. — Вам не удержать меня, предатели!

Темная пелена содрогнулась, но устояла. Это разъярило старшего духа еще сильнее и он начал молотить по ней со всей силы.

Каждый удар сопровождался выбросом силы. Сила их была настолько велика, что с десяток таких ударов мог смести все живое с острова.