Говорил на ясном глазу вещи, за которые в моём мире бы лилась кровь. Знать подобные планы и мысли недругов — значит иметь возможность использовать информацию в своих целях. Он разве этого не понимает? Его сила отнюдь не умение врачевать зверюшек. Его сила это доступ к домашним тайнам. Если давненько вхож в дом, то ты словно растворяешься в нём. Становишься его частью. И если доктор любимого пекинеса снова решает проблему маленького животика, то хозяин может и забыть про чужие уши. Ведь они, вроде бы, уже и не настолько чужие.

— Значит, Свиридов здесь самый главный? — хмыкнул я.

— Нет! — возмутился Андрей. — Отнюдь! Да, с ним стараются не ссориться, но барон никогда не проявит истинную свою личину пред старыми семействами. Даже, думаю, готов будет не уступки, если те надавят. Вон, даже Феоклистовы его могут на место поставить. Бирюковы, Ленины, Зайко! Председатель Толстоногов может, конечно же. Да много кто! Но никто не станет. У них свои дела, у Свиридова свои. Никто никому не мешает, а пользы от демоноборцев больше чем вреда. Я же тебе рассказывал. Он достойный член общества, пока ты в том обществе имеешь положение и уважение. Если же ты никому не нужен, а ему потребовалось что-то твоё…

— Да, я помню.

— Они тебе досаждают? — нахмурился Обухов. — Тебе нужна помощь? Я могу помочь!

— Ой, да брось ты. Досаждают, — хохотнул я. — Не нашёлся ещё тот человек, кто всерьёз может досадить Артемьеву. Я сам кому угодно досажу.

Он заулыбался. Моя энергия его взбодрила, но спустя миг Андрей помрачнел:

— Если ты решишь бросить ему прямой вызов, то знай, он мастер по дуэльному делу. Только повод ему даёшь — и всё. Поэтому будь осторожен. В прошлом году к нам приехал род один, откуда-то из Новосибирска. Они начали здесь строить дело своё, птицефабрику открыли к югу. Ну и не сошлись…Что-то со смежными землями, я точно и не вспомню. Свиридов сначала провокацией вызвал на дуэль главу семейства, а потом, когда сын потребовал отмщения, убил и его. Так что… Он очень опасен.

— Эдак он любого может и без причины вызвать на поединок. Неужели никто за этим не следит?

— Пристально следят, Илья! Пристально. Особенно за Свиридовым. Мы же не в Америке какой-нибудь. Если здесь сильный одарённый будет вызывать на дуэль просто так, без повода, это же убийца уже будет. Такого никто не потерпит. Барон сволочь, но не дурак. Но юриста тебе надо завести. Я могу посоветовать своего. Хороший очень человек и быстро отвечает на любые вопросы. Тебе будет полезно.

Сложный мир благородных людей.

— Вольтке? — ухмыльнулся я, вспомнив единственного юриста, знакомого мне.