— Я отправил людей к тебе в усадьбу, посмотрим что там за…

— Тут есть загвоздочка, — перебил его я с извиняющейся улыбкой. — Небольшая… Я только что оттуда.

Он очень тяжело и глубоко вздохнул. Бедолага. Не повезло ему, конечно, со мною. Ну да что поделать.

— Там опять трупы?

— Там даже кровомант нашёлся, ваше высокоблагородие. Тому кто прорабатывал этот план моей защиты надо бы голову снять.

— Непременно… Ты не передумал, Илья?

Чего же они всё мне тыкают-то. В другой момент бы поучить манерам, но Варанов и так уже чуточку поехавший, хватит его терроризировать.

— Я сделаю лучше. Я отдам вам его голову.

— Погоди, погоди… — затараторил Варанов. — Илья, так нельзя. Тебя же там попросту убьют. Не лезь в это! Просто назови мне имя. Я прижму этого гада. Он ответит мне за всё, клянусь. И за урядника вашего тоже.

— Фамилия урядника — Дворкин, — напомнил я.

— Да, за него. Остановись. Ты сам сдохнешь и его спугнёшь. Просто назови мне имя.

— Так не спортивно, ваше высокоблагородие. Совсем не спортивно. Если я понял кто он, то почему бы вам самим не догадаться?

— Не время для ребусов, Илья!

— Давайте так, есть у меня одна загадка для вас. На дедукцию. Тот, кто его придумал, того не хотел.

Я ударил по тормозам. На дороге передо мною стоял олень. В его глазах отражались мои фары. Животное заворожённо смотрело на свет и потому я их выключил.

— Илья…

— Погоди… Погоди… Так вот, тот, кто его придумал, того не хотел. Тому кто его купил, он не нужен. Кому он нужен, тот молчит. Вот вам задачка на подумать, справитесь, скажу…

— Это гроб, Илья.

Твою бабушку! Отгадал! Я убедился что олень ушёл с дороги и включил фары.

— Это нечестно как-то, ваше высокоблагородие. Вы должны были промучиться и красиво сдаться. Я бы уехал в закат победителем и вы поразились бы моему хитроумию. А получилась какая-то шляпа, право.

— Имя, Илья… Ты обещал…

— Вы тоже обещали, господин Варанов, — не люблю проигрывать. — Но раз я обещал… Это барон Феоклистов. Можно было бы и догадаться, раз вся его прислуга завербована

— У вас есть доказательства? — неожиданно смутился коллежский асессор.

— Вербовки⁈ —удивлённо уточнил я.

— Причастности барона Феоклистова к Беку…

Я тяжело вздохнул:

— Вернёмся к этому разговору позже. Я буду с его головой, потому поговорим более, так сказать, предметно.

Пришлось снова прервать разговор. Потому как он, зараза, так легко отгадал мою загадку, что даже обидел.

Впрочем, я не злопамятный. Так что уже через двадцать минут, когда я остановился на лесной дорожке, в голове и мысли не было о Варанове. Ибо пришло время совсем других историй.