«Запорожец» остановился метрах в тридцати от нас, открылась дверь со стороны водителя. Плечистый мужик в строгих очках и деловом костюме вскинул руку с пистолетом. Чёрт. Я попятился, прикрываясь от нападающих тяжеленым щитом. Где там мой зверинец-то?

Что-то вылетело справа из леса, с гулким стуком врезалось в голову водителя и тот столбом рухнул на дорогу.

Феоклистова окутал кокон защиты.

— Зря вы, юноша, перешли мне дорогу, — сказал вдруг барон. — Я делал на вас ставку.

— Не я начал эту войну, — пожал плечами я, стряхнул отяжелевший щит и заменил его новым. Феоклистов медленно шагнул вправо.

— Именно вы. Здесь всё работало как часы, Илья. Отлаженный механизм. Каждый винтик на своём месте. Тишина и благодать. Пока не появились вы.

— Тут спорить не стану, я шебутной. Мне многие это говорят, — вздохнул я.

— Сколько сил у меня ушло выстроить этот мир, Илья.

Он сокрушённо покачал головой и добавил:

— Сколько пришлось вынести… Вы несёте только разрушение.

Меня окутало холодом. Княгиня. Ох ты ёжкина кошка! Вот почему Феоклистов так спокоен! По дороге ко мне бежал Медведев собственной персоной. Маг-охранник на бегу создал в каждой ладони по боласу, и едва я начал оборачиваться, чтобы встретить новую напасть, как швырнул орудия в мою сторону. Феоклистов, зараза, тоже ждать не стал. Барон выставил перед собою руки, перед ними в воздухе зародилась мерцающая кровавая сеть, размером два на два. Алая паутина устремилась ко мне, да так шустро, что я никак не успевал отреагировать. Вот вообще никак, даже накачивая себя на скорость.

Безмерное безвременье, попался.

Сквозь чащу с гудением вылетало три стальных шара, но защитный купол пробить не смогли, сгорели молча. Бронемяки последней надежды… Болас захлестнул мне шею, тяжёлые шары рванули тело в сторону. Я успел вырваться из этого жуткого захвата, разорвав магическую связь между грузами и укрепив горло, но тут же попал в алую сеть Феоклистова. Чары разрыва стекли с неё как кусочки льда с раскалённой топки. Чёрт, она ещё и экран! Лёгкая с виду паутина сбила меня с ног и притянула к земле. Я застыл в нелепой позе, пытаясь вырваться из волшебного захвата, но становилось только хуже.

— Надеюсь, тебе удобно? — спросил Феоклистов. Он встал надо мною. Левый глаз барона дёргался в нервном тике.

— Подушка жестковата, — ответил я одними губами. Даже головы не повернуть из-за этой сетки. Хорошая штука. Мне бы такую. — Боюсь нервы передавить на шее.

— Это только начало, щенок, — фыркнул барон. — Только начало!

Сеть спеленала меня в удобный изолированный свёрток. Медведев подошёл, тяжело сопя.