Такая принципиальность многим жизнь ломает. Ответственно вам заявляю из глубин багажника!

— Я бы рекомендовал сменить машину, — проворчал Медведев. — Если ориентировка по вам вышла, то это дело техники вычислить ваш маршрут…

— Остап! Я сам это решу!

— Простите, господин. Переживаю за вас.

— Проблема многих выскочек, Остап, в том, что они всегда в одиночестве. Даже в толпе они будут одни. И на каждого рано или поздно находится особенный ключик, — Феоклистов болтал без остановки, и я слушал его с жадностью. На краю у многих словесный понос развивается. Что-то да пригодится, если выберусь из этого грёбанного багажника.

— Так что, Остап, можешь передать своему приятелю из Тайной Канцелярии, чтобы ещё раз поинтересовался своим запросом.

Ехидный какой голос у него. Не к добру такое ехидство у людей. Что-то там случилось наверху…

— Как только вы будете в безопасности, господин, — покорно проговорил Медведев.

Неужели Варанова остановили? Ничего себе новости. Интересно как… Хотя вру, не интересно. Гораздо важнее как мне теперь выбираться из этой истории. Я снова попытался пошевелиться, но паутина держала очень крепко. Так, будем экспериментировать. Магию эта штука рассеивает, но при этом не отменяет. В пределах свёртка я, по-прежнему, одарённый. А что если не упираться в энергию и каналы, а попробовать старую-добрую физику?

Я прикрыл глаза, концентрируясь, а затем принялся поднимать температуру кожи. Если не удается разорвать, то, может, получится расплавить? Запахло палёной одеждой, я снова напитал тело силой и попытался рвануться. Боль резанула по всему телу, эти чёртовы нити словно сами раскалились. Только прочнее стали! И тоньше, мать их.

Так, отменяем разогрев, попробуем обратное. Кожа медленно стала неметь, под воздействием накапливаемого холода. Я выждал несколько минут и повторил рывок. Сеть с хрустом рассыпалась, давление тут же прекратилось. Торжествующий крик пришлось остановить в зародыше, но на бок я повернулся. Так, оцениваем обстановку. Феоклистов сидит слева. Медведев отвечает ему с переднего пассажирского. Бедный раб Штольц справа. Этого надо бы не зашибить. Да и Медведева не хотелось убивать. Чем-то он был мне симпатичен. Пока у меня есть надежда на то что Рррупи жив, конечно.

Вот только Медведев вряд ли будет стоять пока я расправляюсь с бароном. Надо как-то его вывести из игры. Наступила тишина. Которая прервалась через пару минут.

— Вольтке не отвечает, — удивлённо произнёс Феоклистов. — Никогда такого не было. Вот ведь сраный адвокатишка! Забыл кто его кормит? Надо напомнить?