— Пррравильно?

— Обожаю тебя! — не сдержался я. Демонёнок расплылся в широком оскале, но от психующего Верховного Мага всё равно старался быть подальше.

Сквозь стену проплыла Княгиня, ещё более бледная, чем обычно и непривычно испуганная. Призрак, обвиняя, ткнула пальцем в старика.

— Моя сила… Моя сила, — бормотал тот, чуть ли не плача.

— Мне очень жаль, — почти искренне сказал я, прошёл мимо причитающего мага и склонился над Грайбаем. Остекленевшие глаза демона смотрели в потолок, и лик учителя был спокоен и умиротворён. Словно он снова погрузился в медитацию перед боем. Как всегда прежде и делал. Мы почти не общались в этой жизни, но сколько же времени было у нас в прошлой! Внутри неприятно тянуло и, одновременно, разливалось облегчение. На этот раз в смерти учителя нет моей вины… Нет!

Княгиня повисла прямо передо мною с виноватым видом. Коснулась холодом, и я понял, что произошло. Рассказов почувствовал её присутствие и заморозил, желая разобраться с аномалией потом. Поэтому амулет от артефактора госпожи Воронцовой, зажатый в невидимой руке, висел в соседней комнате, у пола. Хорошо, что убегающий Рррупи его увидел и вспомнил, как я объяснял задачу Княгине. Хорошо, что он решил вернуться и завершить наш план по нейтрализации Верховного Мага, если тот вдруг появится.

Демонёнок разбил амулет, сжигающий любой дар в радиусе поражения, и снова меня спас. А я, скотина неблагодарная, то и дело ворчу на него из-за планшета. Надо купить ему домашний кинотеатр. Заслужил.

Я поднялся на ноги, прощаясь с учителем. Теперь всё встало на свои места, но чуточку правильнее. Ведь тот, кто заменил мне отца (жестокого, сурового) уже однажды умер, и смерть его я оплакал достаточно. Такие личности никогда не встречают тихую старость. Они обречены на гибель. Зато на этот раз жизнь Грайбая Белого забрал не мой клинок. Это… Давало сил, честно. Отпускало прочь те терзания, что съедали меня годами, прокрадываясь к сердцу даже в момент отсутствия души.

Слишком глубока была та рана.

Позади из пролома выбрался Колотушка, глухо зарычал, и, прежде чем я успел среагировать, обрушил гигантский молот на жалкого Рассказова. Шмякобум. Ёжкина ж ты кошка, какой бесславный конец.

— Готово, Душеед. Сокровищница наша! — произнёс Мордард. Он оглядел место боя. — Мои лучшие воины мертвы.

— Зато ты ещё жив.

Я торопливо спустился в сокровищницу. Прошёл вдоль раскуроченных отсеков с артефактами Первой Церкви. Грубую силу тут не ждали, полагались на охрану.

Ну, вот она, ваша охрана. Доохранялась. Надеюсь, у группы Оладушкина тоже всё хорошо. Он с паладинами должен был сильно пошуметь в другом крыле дворца. И раз я не увидел здесь ни одного из Претендентов, да и наш путь сюда был не слишком-то и труден, значит, у моего свежеиспечённого соратника всё получилось.