Я улыбнулся, покачал головой. «Талантливого мальчика»! Я, конечно, сейчас выгляжу молодо, словно и не старел с моего появления на фронтире, но Альби смотрится моим ровесником — а то и моложе. И на самом деле почти что мой ровесник: я как-то спросил, ему всего-то тридцать восемь лет. Он моложе Элсина, а мне сейчас… блин, тридцать три или тридцать четыре? Да, уже тридцать четыре! Надо будет день рождения отпраздновать, что ли. Так что разница несущественная. Но некоторая снисходительность к жизнюкам проявляется почти у всех некромантов.

— Ничего, — сказал я. — Я же иду на Гробницу как твой ученик. Было бы странно, если бы ученик-недоучка уже имел магистерское звание!

— Увы, — вздохнул Элсин. — Очень обидно! И мне, подозреваю, обиднее, чем тебе! Не так уж много из моих учеников стали магистрами.

— А сколько именно? — с любопытством спросил я.

— Всего одиннадцать — из шестидесяти трех. И это включая Найни, — Элсин ощутимо помрачнел, но тут же вернул обычное выражение лица. — С тобой — двенадцать.

— Всего шестьдесят три? — слегка удивился я. — Мне казалось, у тебя за двадцать пять лет должно было быть больше учеников!

— Ну, группа из пятнадцати человек, в которую ты входил, это, скорее, исключение — все-таки многовато… Например, я от Рунии пытался отказаться и сплавить ее Ройге, она мне ее почти навязала. К счастью, должен сказать: девочка очень талантливая, с большим удовольствием с ней работал! Но тем не менее. Поначалу у меня было всего один-два ученика, как у любого начинающего преподавателя. Кроме того, каждые пять лет я делал перерыв и отрабатывал на фронтире, и к тому периоду старался подгадать так, чтобы полностью живых учеников у меня не было — вдруг бы не удалось вернуться. А период сразу после внедрения Кодекса — самый сложный, тут очень важно, чтобы ученика вел именно его наставник, которому он привык доверять. Как видишь, тактика себя оправдала, не то я не смог бы сразу уйти сюда, — Элсин пожал плечами. Задумчиво добавил: — Да, если чего и жаль, так это здешних ребят. Есть очень талантливые, даже в моей группе отстающих!

— На Гробнице будут другие, — утешил я.

— Думаешь, мне там тоже удастся устроиться преподавателем? — он приподнял брови. — Вряд ли там достаточно молодых людей с даром Смерти, чтобы оправдать наличие Академии!

— Почему-то мне кажется, что ты найдешь, куда приложить свой талант, — фыркнул я.

— Так называемый «талант» — это обычно всего лишь искренний интерес к выбранному занятию и способность учиться на ошибках, — вздохнул мой наставник. — Ладно, поживем — увидим. В любом случае, один ученик в твоем лице у меня точно есть! Хотя, как я уже сказал, по уровню ты давно ученичество перерос.