— Это вопросы к Добронравову, — неприязненно скривил губы Арсений, не ко мне, — проявите уважение к памяти моего отца, — он зло посмотрел за кадр, — иначе я вынужден буду принудить вас к этому, госпожа…
— Вера Малинина. Из детей боярских.
— Госпожа Малинина. Но могу сказать, — он нахмурился, — что считаю случившееся преступлением. Я не верю, что смерть отца произошла по несчастливой случайности. И убежден в том, что это был чей-то злой умысел. Сейчас я и мои люди ведем параллельное органом расследование. И уверяю вас, виновный будет наказан.
Корреспонденты тут же оживились, загомонили, стали осыпать Зосимова младшего вопросами. В этот момент сюжет прекратился.
— Вот так, — начал диктор, — храбрый наследник рода начинает свое расследование. А мы можем только поддержать его пламенное желание мести, если же он, конечно, окажется прав в своих выводах. А я напоминаю, что в связи со смертью уважаемых господ в Новом Красе объявлен всеобщий траур. Имперские Флаги приспущены, развлекательные программы отменены. Ну а теперь переходим к…
— Вот так, — я встал, — шестнадцать человек погибли в результате взрыва моего дома, — начал я себе под нос, — среди них дворянин. И траур лишь в трех районах, а следствие пошло по пути несчастного случая…
Мда… Мне давно нужно привыкнуть к таким вещам. Но подобная несправедливость все еще коробит. Есть эмоции, которые лучше в себе не глушить. Они топливо для мотивации сражаться дальше. И повод продолжать свой путь, когда Пожиратель будет уничтожен.
— Я думала, — Нина выглянула из душа, когда я вошел на кухню, — ты обо мне забыл, — она улыбнулась, — я даже заскучала по тебе.
— Хорошо, — я улыбнулся в ответ.
Нина же распахнула дверь полностью. Из ванной комнаты вырвался разгоряченный горячей водой пар… и вышла разгоряченная мной Нина. Она была полностью обнаженной.
— Кажется, я попросил оставить трусики, — засмеялся я.
— Прости, Рома. Они слишком намокли. Пришлось снять, — девушка нарочито медленно стерла капли воды с правой груди, повела ладонью по плоскому животу, бедру, — иди ко мне, Ромочка.
Я было направился к ней, но замешкался, увидев на барной стойке толстый конверт с надписью: “Роману Евгеньевичу Селихову. Судебное”.
Глава 3. Подарок
— Это Сёма, наш доставщик, принес утром, — сказала Нина, — почту доставили в Павлин, как единственное место, где тебя могли бы найти.
Я не ответил, перевел взгляд на обнаженную Нину. Она, было несколько смутилась, когда мое внимание перешло на письмо. Девушка потупилась, обняла плечо, как то стыдливо прикрыла грудь. Сжалась, робко сдвинула бедра.