Прокаченный на станке Ифрит Сильной Жажды приобрел новые свойства. Портал открылся не на часах, как обычно, а рядом, прямо на рельсах, у моих ног. Оттуда, словно на лифте, поднялся на магической платформе Фырчик, и выход из карманного измерения закрылся.
Когда локомотив стал бестолково поворачивать орудия в нашу сторону, Фырчик уставился на него. Прижав уши, зарычал своим неестественно-странным голосом.
— Готов? — я тронул стальную холку пса, погладил рукавицей и влил в его металлическое тело всю энергию, что смогла собрать броня. Добавил огненной магии.
Фырчик раскалился добела. По шкуре побежали языки пламени. Грива и хвост вспыхнули чародейским огнем.
Поезд сфокусировал на нас взгляд, казалось, разогнался еще быстрее. До встречи оставались считаные сотни метров. Одержимость взвыла криком чудовища, смешав его с паровозным гудком.
— Давай, — я сгорбился, Фырчик вытянулся вперед, как струна, — фас!
Глава 27. Поезд
Фырчик сорвался с места. Словно заряженный в пушку снаряд, он помчался в цель. Шпалы заискрились под его когтистыми лапами.
Я же приготовился принимать поезд своим телом. Сгорбился, поднял ногу и резко опустил. Броня изменилась, вцепилась глубоко в землю отросшими на стопе когтями. Гулко топнув, я проделал то же самое и со второй ногой.
Из спины в шпалы, рельсы и землю вонзились черные щупальца. Они затвердели, превратились в прочные подпорки. Я направил руки к земле под острым углом. Предплечья удлинились, грохнули в щебенку и ушли глубоко в почву. Точки опоры были готовы. Спустя мгновение броня снова стала менять форму. Она перетекла и создала с фронта большой плугообразный щит. Обращенный к поезду острой частью он ждал своей очереди.
А пока дело было за Фырчиком. Поезд приближался. Злобная пасть на его отбойнике скривилась, показала зубы. Зрачок большого глаза нервно забегал. Локомотив даже и не думал тормозить. Серые длинные конечности только быстрее принялись вращать колесные пары.
Стволы вразнобой повернулись вперед. Стали ровно в мою сторону. Однако, я знал, что они не представляют угрозы на таком близком расстоянии. Ифрт в поезде, тем не менее, инстинктивно пытался защититься. Ну и сделал для этого то, что делал и раньше: начал палить из всех орудий.
Громко бабахнуло. Зазвучала канонада. Я и бровью не повел, когда загрохотали пушки. Снаряды прочертили небо над головой. Стали падать куда-то за спиной. Рваться прямо на путях. Ударяя во многих километрах за нами, они лишь разрушили рельсы и железнодорожную насыпь. Поезд был беззащитен.
Фырчик, разогнавшись, как огромная пуля, раскаленным метеором прыгнул и всем телом врезался в переднюю часть локомотива. Вспыхнуло пламя. “Морды” ирфита просто не стало. Лишь искореженные металлические пластины вмялись внутрь. В стороны полетели куски брони и какие-то осколки.