— Где доказательства, — поднялся майор, — что вы способны на то, о чем говорите?
— Продемонстрирую их позже. Когда закончим совещание. Приходите на представление, майор, — я состроил ухмылку, самую мерзкую из всех, на которую был способен.
— Обязательно, — кисло ответил он и опустил глаза.
— Дать вам неделю? — вклинился генерал, начальник гарнизона, — но вы курсант, и должны проходить подготовительный курс.
— Два часа назад я в одиночку уничтожил одержимую башню от линкора. Может ли хоть один из ваших ветеранов-чистильщиков провернуть такое?
— Только если в составе группы, — засмеялся Воронов, — я с моим взводом валил тварей и крупнее.
— Представьте, — иронически улыбнулся я, — какую тварь я смогу завалить при поддержке взвода? Именно поэтому, я и хочу пойди туда не один.
— А черт… — князь махнул рукой, — генерал Липов-Беловежский, вы можете просто зачислить его в полк чистильщиков, а? Черт с ним, с курсом подготовки.
— Буду рад такому бойцу, — кивнул Воронов, — в моем полку.
— Ну… это сопряжено… с некоторыми формальными сложностями… будут проблемы с оформлением документов… и…
— Чихал я на них, — князь злобно посмотрел на Липова-Беловежского, — у меня дочь в Полях, а что-то реальное сделать, по-видимому, может только Селихов. Если ему мешают какие-то ссаные бумажки, к черту. Озаботьтесь перевести его в полк.
— Слушаюсь, — тихо сказал генерал.
— Хорошо, — князь, видимо, взял себя в руки, приосанился, — кажется, твой способ — единственный. У тебя будет неделя. Но я должен как-то убедиться в том, что ты правда займешься делом. Ведь я до сих пор не могу понять, зачем тебе это? Зачем идти в ловушку, к собственным врагам? Это же совершенно ясно видно.
— Да, — я кивнул, — мы идем в ловушку, расставленную на меня. Но я оберну их силки против них самих.
— Так какая твоя выгода? Или ты альтруист? — князь свел брови.
— Об этом и будет вторая часть разговора. И здесь, — я стал максимально серьезен, обвел окружающих холодным взглядом, — я попрошу всех присутствующих удалиться. Останется только князь. То, что я скажу далее, предназначается только для его ушей.
— ЧТО?!
— Что ты себе позволяешь, отступник?!
— Мы тебе не подчиняемся!
— Выскочка!
— Нахальный мальчишка!
— Будет так, — проговорил я, — или никак иначе.
Глава 20. Под дождем
Скажите, Селихов, — под гомон остальных офицеров встал майор тайной полиции, — что вы скрываете? Все говорят о ваших необычных, необъяснимых способностях. Вы говорите, о тайных знаниях. Кто вы такой, Роман?
— Этот вопрос крутится и у меня на языке, — старый полковник охранного полка сузил слезящиеся глаза, — управление одержимостями, это невероятно. Как вы это объясните?