— Их все больше! Они приближаются! — панически заорал один из унтеров.

Другой совершенно внезапно стал вопить, попытался избавиться от одежды. Через секунду его китель стал одержимым, принялся впиваться в тело. Унтер упал на землю, словно в огне, начал кататься в сухой траве.

— Сука! Эффект оживления! — крикнул офицер в аксельбантах, — одежду долой! — он начал торопливо снимать китель.

Всмотревшись в них, я понял в чем дело. Вещи солдат стремительно становились одержимыми. В каждой вещи, подпитываемый человеческими эмоциями и эфиром, зарождался ифрит. И почти тут же, взбесившийся, нападал на своих хозяев.

Солдаты принялись раздеваться. Но в следующее мгновение винтовки-одержимости напали на выживших, и те начали умирать.

Когда я окинул Князя, увидел, что на нем, ифриты зарождались только в золотых пуговках, пряжках и княжеских регалиях. Также случилось и с формой его дочери. Валя же, лишенная металлических или искусственных элементов одежды, была чиста.

Надо же. Местные додумались в чем дело. Вероятно, опытным путем они смогли понять, что вещи из материалов животного происхождения не становятся одержимыми. Ифриту очень сложно проявиться в органике. В живое человеческое или животное тело его можно поместить только искусственно. В растении, с течением времени, ифрит медленно, но верно зарождается. В материалах неживой природы, синтетике, пластике, металле — он возникает очень быстро.

Я видел, во что одета Валя. Вся ее форма -— это кожа и шерсть. Так она защищена от этого "эффекта оживления". Мундир князя и княжны также выполнены из искусно выделанной тонкой шерсти. Вот только металлические элементы в них имелись. И они быстро наполнялись ифритами.

— Князь, — я заслонил их троих своим телом, взглянул на одержимости, потом обернулся, — разденьте вашу дочь.

— Что?!

— Быстрее! И сами тоже! Взгляните на орден!

Князь нахмурил темные красивые брови, бросил взгляд на свою грудь. Большой золотой орден с родовым гербом зашевелился. Отрастил паучьи лапки. Князь вскрикнул, отодрал его, метнул в траву.

Княжна по-прежнему была без сознания. Я бросил на девушку краткий взгляд. Невысокая и хрупкая, она отличалась красивой развитой фигурой. Широкие бедра и объемная грудь подчеркивались ремешком из черной кожи. Ее лицо, лицо девушки не старше девятнадцати лет, было безмятежным и милым: красивые темные брови, маленький носик, пухлые губки, приятная линия подбородка. Княжна носила короткое каре черных волос.

Пуговки и пряжки ее одежды уже принялись отращивать лапки, усики и маленькие зубастые пасти. На медной пряжке ремня открылись большие глаза.