Я стянул с себя футболку, перемотал её раненую ладонь и криво усмехнулся:

— И нет истории печальнее на свете, чем о Ромео и Джульетте…

— Не паясничай, — прервал меня директор. — Как ты узнал, что в этом замешана Алина Юрьевна?

— Неважно — как, — я улыбнулся. — А важно — что ещё я узнал.

— И что же ещё ты узнал? — ледяным голосом поинтересовался он.

— Что вы фактически обменяли студентку Академии на свою сестру. Отдали Психотроникам на опыты, как лабораторную крысу. Воспользовались тем, что официально у неё нет близких родственников, — я с намёком выделил слово «официально». — Но даже не знаю, что сказал бы её высокопоставленный отец, если бы узнал, что всё это вы сделали не по призванию своей бюрократической души, а…

— Что ты хочешь?

— Неважно, что хочу я. Важно — что хотите вы.

— Ломоносов, ты издеваешься? — директор вздохнул, опустился на чудом уцелевший стул и набросил медицинский Стазис на своих коллег, которые валялись без сознания. — Выкладывай.

— В комнате Алины Юрьевной вы найдёте все доказательства. В том числе тюбик с отравленной губной помадой, — я скрестил руки на груди. Виктор Викторович заметно напрягся при упоминании помады. — Да уж, вы найдёте всё. Кроме противоядия. А мне очень сложно будет найти причину молчать и поделиться с вами этим самым противоядием.

— Наглый шантаж? — устало хмыкнул директор. — Юноша, ты уверен, что способен хладнокровно наблюдать, как я буду умирать, и ничего не делать?

— Из-за вас моя подруга едва не сгинула у Психотроников. А вы ведь прекрасно знали, что они делают рабов из оракулов, верно? Её здоровье ухудшилось из-за проклятых препаратов, а потом она ещё и подорвалась в вашей машине. Так что… Ответьте сами, должен ли я спустить всё на тормозах? Должен ли я устыдиться шантажа? — я прищурился и с издёвкой протянул: — Неважно, способен ли я наблюдать, как вы умираете. Важно — долго ли протянет ваша сестра, если вы умрёте.

Мы встретились взглядами. Виктор Викторович пристально всмотрелся в моё лицо, словно что-то искал, и в конце концов произнёс с вопросительной интонацией:

— Твои условия?

— Всего два, но подкреплённых нерушимой клятвой на крови. У меня как раз всё готово, — я помахал порезанной ладонью. — Во-первых, вы предоставите князю Пожарскому всю информацию, которая у вас есть о Психотрониках и оракулах. О том, как скрыть этот дар и как его раскрыть. О том, как его использует государство. Вы будете держать связь с князем Пожарским и помогать ему. А во-вторых, я возьму с вас долг жизни, который вы вернёте по моему требованию.