— Жизнь или смерть? — громогласно спросил ведущий. — Это нам скажет наш уважаемый управляющий!

Тысячи взглядов скрестились на Аркадии Парлине — он медленно поднял руку с выставленным большим пальцем и резко опустил его вниз. Я с трудом сдержал эмоции — гадёныш, он обещал, что никого убивать не придётся! Пятьдесят Седьмой уже немного очухался и шокированно пялился на своего хозяина — предательство поразило его до глубины души. Зрители заволновались, начали просить о пощаде — как же так, без заботливого отца останется семеро детишек! Но Аркадий Парлин был неумолим.

— Убить! — приказал он.

Я посмотрел на Голицына — он встретил мой взгляд и с ликованием ухмыльнулся.

— Нет, — я внимательно оглядел весь зал, который мгновенно притих, услышав мой ответ. — Я не буду убивать Пятьдесят Седьмого. Согласно общему своду правил для всех Арен Российской Империи, любой боец может признать своё поражение. В таком случае победа будет присуждена его противнику, а бой — немедленно прекращён, — я помолчал, чтобы смысл моей речи дошёл до каждого человека в помещении, и повторил: — Я не буду убивать Пятьдесят Седьмого. Я признаю поражение!

Воцарилась мёртвая тишина. Зрители переглядывались, не понимая, как на это реагировать. По их лицам было понятно, что этого они не ожидали. Вдруг князь Карпов подскочил со своего места и начал хлопать. Одинокие хлопки прогремели как раскаты грома. Секунда, вторая — и его поддержали другие зрители. Те же люди, что недавно меня проклинали, сейчас выкрикивали хвалебные слова и называли благороднейшим из благородных. Голицын скривился, словно съел лимон, но в его глазах всё ещё горела радость — я проиграл, моя ставка улетела в мусор. Я мысленно усмехнулся, поклонился и, покинув Арену, направился в раздевалку.

Я услышал телефонный звонок, как только зашёл внутрь. Открыл шкафчик, вытащил сумку и нажал на кнопку ответа.

— Алло?

— Пять миллионов! — прокричала Кристина, её голос был слегка истеричным. — Мы выиграли пять миллионов!

— Неужели ты во мне сомневалась? — я опустился на лавочку и впервые за несколько дней расслабился: я не ошибся, всё получилось идеально.

— Невероятно! Это просто невероятно! — сказала Кристина уже чуть тише. — Оказалось, что я — единственная, кто поставил на твой проигрыш с добровольной сдачей! Как ты и говорил! Мы сорвали банк!

— Твоя вера в меня — бесценна, — хмыкнул я. — Не против, если мы поговорим обо всём, когда я вернусь в Академию?

— Конечно.

Я откинулся на холодный шкафчик и прикрыл глаза. Тени — великолепные шпионы. Вообще-то я с самого начала планировал специально проиграть — предполагал, что коэффициент на мою победу будет слишком низок, а мне нужен был большой выигрыш. Чтобы ещё долго не беспокоиться о деньгах. Но когда я узнал об интригах Голицына, мой план немного трансформировался. Гена Познанский не подвёл — отправил именно ту информацию, которую я ему и велел.