— Что здесь происходит⁈

На него уставились десятки мутных от алкоголя глаз, в которых так и не зажглось понимания, что происходит. Некоторые студенты просто оглядели директора с головы до ног и вернулись к своим делам — продолжили пить, есть или бессмысленным взглядом втыкать в потолок. Внезапно из-за угла вышла куратор чернокнижников и, увидев Виктора Викторовича, распахнула объятия — она подошла к нему, потрепала по щекам и пропела:

— Виктор Викторович, вы такой милашка!

Директор от неожиданности чуть не рассмеялся, а потом его взяла такая злость, что под потолком собрались чёрные тучи и грянул гром. Сверкнула молния и ударила в камин. Виктор Викторович скастовал отрезвляющее заклинание и накинул его на всех студентов — они застыли, ошеломлённо хлопая глазами.

— А теперь слушаем меня внимательно, — прошипел директор. — В восемь часов утра я вернусь в вашу гостиную и хочу, чтобы к этому времени вы здесь всё вычистили. Это во-первых. А во-вторых, каждый из вас напишет объяснительную, почему нарушил Устав Академии, и получит наказание на месяц… Нет, на два месяца! И на весь этот срок вам будет запрещено покидать стены Академии, кроме как на походы в Данжи. И ещё, если кто-то из чернокнижников или их гостей пропустит занятия, тот будет отчислен! Я передам преподавателям, что сегодня вам потребуется дополнительная нагрузка. И умственная, и физическая.

Под мученический стон всех студентов Виктор Викторович вышел из гостиной. Начинать рабочий день так рано не хотелось, поэтому он решил пойти в свою комнату и поваляться ещё часок-другой. Но как только он переступил порог, так и почувствовал запах. Снова! Виктор Викторович уставился на чашку с кофе с зефирками, как на злейшего врага.

— Что тебе от меня надо⁈ — прокричал он, окончательно потеряв самообладание. — Почему ты постоянно подсовываешь мне это⁈

— Счастье, — внезапно раздалось из пустоты. — Ты, счастье, горячая напитка. Видеть фильмы. Почему не пить? Будешь счастье.

— Да чтоб всё в болото к кикиморе провалилось! — прорычал Виктор Викторович, сделал большой глоток тёплого какао и окаменел от напряжения — он и сам не ожидал, что сделает такую глупость. Теперь он пытался понять, попал ли в его желудок какой-то яд. Но ничего не произошло. Просто внутри расползлась приятная теплота. Он опустился в кресло и сделал второй глоток.

— Счастье? — спросил тот же голос.

— Ну, для полного счастья мне не хватает клубничных пончиков и красивой жены в придачу, — хмыкнул Виктор Викторович, сканируя комнату и всё также никого не находя. Он отстранённо подумал, что, возможно, у него начинается шизофрения. Рядом что-то зашуршало, и воцарилась тишина. Кажется, неизвестный благодетель ушёл. Директор прикрыл глаза, размышляя, что надо бы сделать нагоняй охране. Похоже, защитная система сильно устарела. Он допил какао, отставил кружку и осёкся на половине движения — на столике перед ним из ниоткуда появилась тарелка с пончиками. Клубничными.