Зелье Повышенной Регенерации разъедало его внутренности, но энергия смерти излечивала нанесённые им раны. В итоге Крабогном не только не умер, но и заполнил свой магический резерв под завязку. Что позволило ему вырваться из магических оков. В первые секунды он даже не поверил, что освободился, — с удивлением пялился на клешни, на которых больше не было кандалов, и не двигался. Но вдруг за дверью, в коридоре, раздались шаги, и Крабогном, сорвавшись с места, выпрыгнул в окно.

Он бежал, бежал и бежал — ему казалось, что он умчался далеко от города, где его поймали в ловушку и заточили в плен. Но почему-то он оказался перед знакомой дверью, — дверью квартиры, в которой жил Даня и его родители. Крабогном долго топтался в прихожей, но всё-таки решился зайти внутрь. Даня был в одиночестве — сидел в своей комнате и слушал музыку. Увидев Крабогнома, он подскочил и отпрянул к окну.

— Я не хотеть съесть, — сказал Крабогном и жалко добавил: — Друг.

Даня долго на него смотрел, а потом вздохнул и небрежно бросил:

— Знаю. Я и тогда это понимал, — признался он, и на его лице не дрогнул ни единый мускул. Ни следа сожаления. — Но тот человек дал мне такой хороший повод… — Даня покачал головой. — Слушай, давай просто разойдёмся, окей? Пойдём каждый своей дорогой? Я не хочу снова сдавать тебя тому уроду в балахоне, но и дружить с тобой… Ну, это такое… Прости уж, но ты вечно путался под ногами и отвлекал от… ну, нормальных людей. Тех, кто мог стать настоящим другом.

— Я не настоящая друг? — убито спросил Крабогном.

— Монстр никогда не сможет быть настоящим другом, — категорично сказал Даня.

Крабогном внезапно разозлился:

— Ты не настоящая друг! — прокричал он. — А я — настоящая! Я куча друзья завести! Куча! Сколько захотеть, столько и быть!

Охваченный яростью, он ударил магией в потолок — энергетическая волна задела багеты, и тяжёлые плотные шторы упали на голову Дани. Неожиданно это сильно рассмешило Крабогнома — он захохотал как умалишённый. Оказалось, что делать пакости не-друзьям, — это так весело! Бешеным торнадо он промчался по комнате, переворачивая всё вверх дном, и всё равно, на автомате, следил, чтобы на Даню не рухнуло что-нибудь тяжёлое. Напоследок Крабогном вылил бывшему другу чернила на голову и покинул квартиру, а следом — и город. У него началась новая жизнь.

С тех пор он бродил по свету и подстраивал всякие пакости — в общем, озорничал напропалую. Время от времени он пытался с кем-нибудь подружиться, но, наталкиваясь на страх и отторжение, моментально исчезал. Тёмными ночами, перед сном, Крабогнома мучили вопросы. Он всё ещё сомневался, что был хорошим другом. Может быть, Даня прав? Но с другой стороны, Крабогном никогда бы не отдал своего друга на опыты — даже если тот был бы очень вредным и надоедливым.