В глазах Эль Камилло на мгновение промелькнула тоска, которая тут же сменилась хладнокровным огнем. Олицетворением мести, которая не ушла с течением времени. Даже за половину века. Казалось, это была одна из причин, что до сих пор держала его в этом мире.

Я его понимаю, хотя не одобряю подтекст намерений в его словах. Дети не должны страдать за грехи своих родителей, какими бы ничтожествами не были последние. Хотя опять же — судить не мне. Неоднозначность, или по-другому — двойственность свойственна не только революции, но и почти всему, что окружает нас. Включая кровную месть. Старик прав.

Личико Селии было столь же задумчивым, как и у меня, она нахмурилась и даже порывалась что-то спросить, но не решилась.

— Но что мы обо мне, да обо мне… — пригладил бороду Эль Камилло, подлил напитка в чашки и на миг задумался. — Лия, не возражаешь, если я побеседую с Двейном наедине?

Предложение оказалось неожиданным как для меня, так и для Селии.

— Конечно, дедушка, — она вежливо кивнула.

Я ей ободряюще улыбнулся, но внутренне подсобрался. Не каждый день с тобой хочет лично побеседовать Грандум и по совместительству дед девушки, к которой ты, прямо скажем, неравнодушен.

Луньес неспешным шагом стала отдаляться, уходя вдоль берега озера. Эль Камилло прикурил трубку от горящей ветки. Едкий запах табака смешался со смольным дымом от костра.

Изначально я думал, что он затронет мою полушутку с женитьбой, но тот сходу начал с серьезных вещей:

— Двейн, я не буду скрывать, мне известно почти все, что произошло в Мантау, — решил он показать свою осведомленность. — Я даже немного восхищен твоим умом и смекалкой. Жаль, что во времена нашей герильи было слишком мало таких талантливых молодых людей.

Я польщенно приложил руку к груди от его комплимента.

— … И многие из них так и не дожили до установления нового порядка на всем Латиноамериканском континенте, — с легкой грустью заметил Эль Камилло. — Но мне правда любопытно, ради чего ты все это делаешь? Я так и не получил от внучки однозначного ответа насчет твоих целей, поэтому хочу узнать от тебя лично. Ради чего ты действуешь? Ради власти? Богатства? Женщин? Славы? Ради идеи? Ради себя или ради других?

Пока Эль Камилло говорил — он не сводил с меня своего слегка прищуренного изучающего взгляда.

— У нас действительно с Селией был схожий разговор на эту тему, — припомнил я, не отводя глаз. — Мои цели просты, как два пальца, и никак не изменились по существу. С каждым днем у меня просто увеличивается количество возможностей их достижения…

— Так что же это за цели?