Солнце уже начало свой путь к зениту. Что мы с Луньес управились до утра, контролируя процесс, — героическую звездочку на берет каждому!

Надеюсь, оно того стоило.

Проведенная ночь в кипящем котле работы немного сказалось на наших с Селией отношениях. Мы стали несколько ближе друг к другу.

Погладил дуло рельсовой пушки. Выждал момент, когда остались одни, присел рядом с расслабленно отдыхавшей девушкой:

— Селия, дорогая, даже не знаю, как тебя отблагодарить за такой подарок обороне города… Наш уговор еще в силе? — проникновенно подмигнул я.

— Какой еще… — потерла красные от недосыпа глаза Луньес и наконец вспомнила. — А, я сказала, подумаю…

— … Еле сдерживаю себя, чтобы от души не расцеловать такую хозяйственную боевую красотку, а она все думает и никак не может надумать… — с игривым возмущением сказал я. — Не отказываюсь от своих слов — хочу предоставить ей выбор куда.

— Но…

Возникшие было возражения утонули в моем взгляде. Она не нашла в себе сил сказать «нет».

— Ладно, поцелуй… Но только один, — поджала она губы и подставила щеку.

С чувством оставил влажный след на щеке, а затем заграбастал Селию в нежные, но крепкие объятия. Девушка вырываться не стала.

— Двейн!.. Я ему палец — а он по локоть решил откусить!..

Полушутливым тоном грозно сказала она.

Успокаивающе погладил по спине.

— Я понимаю, как ты устала, — шепнул ей на ухо. — … И каково это постоянно находиться в боевой готовности. Как вернешься к себе, обязательно поспи хотя бы до полудня. Договорились?

Селия дрогнула и слегка расслабилась.

— Угу… — едва разборчиво вздохнула она, положила голову мне на плечо и тоже приобняла.

Мы просидели так какое-то время, прислушиваясь то к биению наших сердец, то к звукам снаружи. Я даже успел войти в полудрему.

— Кхм-кхм, — кто-то кашлянул в дверном проеме. — Так вот вы где, голубки.

Еще до озвучивания я на грани сознания безошибочно определил постороннего, заглянувшего в гараж. Ну как постороннего… Это была Ларавель.

Селия вздрогнула и резко отстранилась, поправляя одежду. Сделала вид, что рассматривает рельспушку. Я зевнул, медленно встал и потянулся.

Ларавель сцепила руки на груди и оперлась о дверной косяк. Лукаво перевела взгляд с меня — на Селию — и обратно. Она будто видела меня насквозь. Если я правильно догадываюсь — скрывать «дела сердечные» от нее не имело никакого смысла. Да и с тигрицей Киарой она подозрительно быстро поладила… Моя интуиция говорила мне, что все не просто так.

— Чем это вы тут занимались, позвольте спросить? — вкрадчиво поинтересовалась она.

Селия поджала губы и оправдываться не стала, слегка вскинув подбородок — с ее языка сорвалось нечто среднее между «хмф» и «кх».