— Но Романовы скажут!

— Ну разве что скажут, — усмехнулся Сибирский князь. — Скажут и словами ограничатся. Вы боялись, что они пойдут на конфликт, если мы не признаем ошибочными выводы и решение правительственной комиссии, расследовавшей гибель Константина. Мы не признали, и что? Что-то произошло?

— Произошло. Волнения и беспорядки в столице не утихают!

— За беспорядками стоят не они.

— А кто?

— У этих акций протеста нет единого координатора, недовольных нашим правлением много, — произнёс Сибирский князь и ухмыльнулся.

— Я не понимаю, чему вы радуетесь, Илья Николаевич!

— А я не радуюсь, Юрий Михайлович, но и не паникую, — Просто там, где вы видите катастрофу, я вижу возможности.

— И какие же?

— Российская империя изжила себя в текущем формате, мы все это понимаем. Мы должны её реформировать!

— Даже так? — искренне удивился Московский князь. — И какие же реформы вы хотите провести?

— Радикальные! Империя должны быть разделена! Как в своё время была разделена Римская империя.

— И это разделение ускорило её конец! — выпалил Московский князь.

— Не ускорило, а отсрочило! — возразил князь Сибирский.

— И как собираетесь делить, Илья Николаевич? — поинтересовался Новгородский князь, для которого само предложение, похоже, сюрпризом не стало.

— По Уралу! А как ещё? Европейская часть России вам, азиатская — мне!

— Урал, я так полагаю, вам?

— Безусловно.

— Интересный расклад выходит, Илья Николаевич, — усмехнувшись, произнёс председатель Временного правительства. — Мне сепаратистскую Прибалтику, взрывоопасный Кавказ и бедную на полезные ископаемые часть страны, а вам богатые Урал и Сибирь и лояльные Дальний Восток и Туркестан?

— Мне не нужен Туркестан, — отмахнулся Сибирский князь. — Пусть им Азамат Батырович управляет.

— Он его не удержит, — возразил Московский князь. — Без поддержки всей империи Британия у него всё заберёт.

— Значит, ему не повезло, — развёл руками Илья Николаевич.

— То есть, вы готовы отдать Туркестан англичанам?

— Не вижу в этом ничего ужасного. Нам хватит того, что останется.

— Если начать всем всё раздавать, то рано или поздно не останется ничего, — заметил Юрий Михайлович. — Но даже если допустить, что с Азаматом Батыровичем вы поступите так, то как вы будете решать вопросы с Уральским князем? С Хабаровским? С чего вы решили, что они будут согласны на такие реформы и отдадут вам Урал и Дальний Восток?

— С Александром Васильевичем я договорюсь — с Дальним Востоком проблем не будет, он умный человек, он понимает, что один против китайской ползучей экспансии не выстоит. Ну а Урал… — Сибирский князь сделал паузу и ухмыльнулся. — Вы всерьёз думаете, что Святослав Георгиевич сможет мне помешать? Он слишком стар, слаб и нерешителен, он привык прятаться за спиной императора и не способен что-либо делать сам. Он уже де-факто отдал мне Урал. Так что, за меня не переживайте.