Губернатор слегка ухмыльнулся и спросил:

— Скажи мне, Игорь, с чего ты, вообще, решил, что я разоткровенничаюсь перед мальчишкой?

— Потому что вы не производите впечатление человека, который способен простить такие нападки на себя, и на труса вы тоже не похожи. И я уверен, вы хотите отомстить этим зарвавшимся журналистишкам, но почему-то не торопитесь этого делать.

— Как, по-твоему, я могу им отомстить? — поинтересовался Коростылёв.

— Не знаю, на эту тему я пока не думал, — ответил я. — Но вы губернатор, у вас должно быть множество ресурсов.

— Ни одного. Законов они, к сожалению, не нарушают, привлечь их не за что. Как-то подставить — себе дороже выйдет. Ты ведь понимаешь, кто над ними стоит, там надо действовать исключительно в рамках закона.

— А закрыть канал?

— Не имею я таких полномочий. У них договор на аренду частоты до двухтысячного года. Не продлить — можно, отобрать — никак.

— А налоговая, пожарные, полиция, прокуратура? Это же всё под вами!

— Ты немного на этот счёт ошибаешься, но мы эту тему развивать сейчас не будем. В любом случае должны быть нарушения. Если они что-то нарушат, то устроить им весёлую жизнь можно, но, как я уже сказал, они не нарушают законов. Ходят по краю, но не нарушают.

— Вы знаете, кому реально принадлежит канал? Бандитам?

— Нет.

— А кому?

— Пономарёву.

— Первый раз слышу эту фамилию.

— Он коммерсант, ему принадлежит деловой центр на Банковской.

— Тот самый, который два года назад построили, десятиэтажный?

— Да. В этом здании и телеканал расположен.

— И он единоличный владелец, этот Пономарёв?

— Там какая-то доля принадлежит нескольким журналистам, но совсем мало. По сути, хозяин он.

— А у вас с ним были конфликты?

— Нет.

— Но при этом его канал вас усиленно топит. Может, всё же это не его канал, и он лишь прикрытие?

— Сомневаюсь.

— Андрей Андреевич, я не верю, что вы не собирали информацию по телеканалу, который чуть ли не в каждом выпуске своих новостей обливает вас грязью.

— Ты, парень, говори, да не заговаривайся!

Коростылёв насупился, и я понял, что перегнул — иногда я просто забывал, что для окружающих я простой пацан. Не по годам развитый и успешный, но всё же пацан.

— Прошу меня простить, Андрей Андреевич, — сказал я. — Это всё эмоции.

— Ладно, — отмахнулся губернатор. — Понимаю. Но я действительно особо глубоко не копал. Знаю, что Пономарёв с Беловым связан, но опять же в детали не вникал.

— Жаль, — я вздохнул с искренним сожалением. — Очень жаль.

— Хорошо, я соберу для тебя информацию, — неожиданно заявил Коростылёв. — Я хоть и не хочу ни с кем воевать, но мне будет приятно, если ты сможешь как-то наказать этих мерзавцев.