— Доброе утро, Игорь Васильевич! У нас всё хорошо. Все документы я отправила в Москву сразу же после вашего отъезда, как вы просили, — отрапортовала помощница. — Ярослав Данилович просил принять его, как только у вас будет такая возможность.

— Думаю, она появится минут через десять-пятнадцать, как только я выпью кофе, — ответил я.

Оксана намёк поняла, улыбнулась и сразу же направилась к кофемашине, а я — к себе в кабинет.

Буквально через пару минут я уже сидел в своём удобном кресле, потягивал любимый напиток и посылал мысленную благодарность Ане за помощь с поставкой ствольных заготовок. А ещё пытался понять, кому же она на самом деле этим помогла: мне, Сибирскому князю, его брату Валерону или вообще какой-то четвёртой стороне, о которой я вообще ещё ничего не знаю? Или, может, у княгини Васильевой есть какой-то свой интерес к моему заводу?

Последнее вряд ли, а вот у её мужа интерес вполне мог быть. Ну или у них был общий семейный интерес. Пусть их брак был чистой формальностью, но это никоим образом не отменяло совместных коммерческих интересов. Наоборот, общие дела — это тот фундамент, на котором такой фиктивный брак мог держаться по-настоящему крепко.

Но какой же искренней выглядела Аня, когда говорила, что приехала для того, чтобы мне помочь. Богатый опыт прошлой жизни обычно всегда помогал мне увидеть в людях фальшь и лицемерие, но во время общения с Аней я не увидел ни намёка на них. Даже когда она желала мне удачи с Настей, её слова казались искренними. Либо это какой-то совсем уж запредельный уровень мастерства по сокрытию истинных эмоций, либо я просто не знаю, что думать в этой ситуации.

Впрочем, здравый смысл всё равно подсказывал, что не станет человек уровня княгини Васильевой, будучи в такой серьёзной должности, бросать всё и лететь срочно из Москвы в Екатеринбург лишь ради того, чтобы помочь своему бывшему курсанту. Пусть он даже и был какое-то время её любовником. Аня вела какую-то игру. Странную игру, непонятную. И я даже представления не имел, какая роль в этой игре была отведена мне.

А знать это очень хотелось. От ответа на этот вопрос зависело многое. Да что там многое — почти всё. Но как этот ответ получить, я не знал. Спрашивать об этом Аню бесполезно — не скажет. Не того она уровня человек, чтобы «расколоться» от вопроса, заданного в лоб. А действовать не в лоб тем более бесполезно. Но и делать вид, что всё нормально — глупо. В общем, ситуация выходила не самая приятная: вроде всё хорошо, но чем и кому я за это «хорошо» в итоге заплачу — неизвестно. Также неизвестно, как долго это «хорошо» ещё продлится. И это всё очень уж сильно напрягало.