Нам выдали задание ехать почти к побережью Черного моря, на самую границу с Османской империей и восстанавливать длинный участок путей, которые были частично взорваны, а частично разобраны еще аж во время прежней войны два года назад.

И это задание меня сразу насторожило. Почему пути, которые соединяли железнодорожные системы двух государств, так до сих пор и не починили? Торговли нет? Да вроде какая-то есть, но через третьи страны, в данном случае через земли султанатов. Там в одном месте даже действует железная дорога.

Но тогда зачем сейчас чинить вроде как ненужный кусочек железной дороги? Особенно с учетом того, что и за границей сотня метров полотна просто-напросто разобрана. И основной вывод напрашивался, что сюда наше командование планирует двинуть бронепоезда.

Мне сразу вспомнилась концепция использования ударных бронепоездов, которую продвигали в тверском Главном штабе. И это полный бред. Поезд хорошо использовать за позициями собственных войск. Он может ездить в тылу и поддерживать пехоту или броневики огнем. Сунуть же его вперед, это подставить под вражескую артиллерию. И рельсы весьма уязвимы.

А сейчас получалось, что ремонтный поезд должен еще и совсем впереди всех двигаться. Я решил, что ремонтировать-то пути мы будем, но если потребуют пересечь границу и соединить нашу железную дорогу с османской, то только с письменным приказом именно на действия на территории чужого государства.

И в этой ситуации я сначала проведу пешую разведку, и если окажется что там есть артиллерия, то сначала придется её обезвредить. А если нет, но начнет прибывать, то или уезжать, или если уже не получится, взрывать поезд и отходить пешим порядком.

Но пока речь шла о починке только путей на нашей территории, поэтому выдвинулись в целом без особых опасений. Правда, когда начали ремонтировать пути, причем нам подвозили рельсы другим поездом, то я ночью один, только с Ивой в башке, сходил на чужую территорию, и провел серьезную разведку.

И действительно нашел убогий форт с тремя старыми пушками в пяти километрах от границы. Пушки эти были опасны километра на три от силы, поэтому мы можем не опасаться и доводить пути до самой насыпи через ручей, по которому здесь проходит граница.

Но уже на третий день работ неожиданно и совсем рядом с нашими вагонами прогремели несколько разрывов артиллерийских снарядов, сразу ранив двоих моих бойцов, или в данный момент ремонтников. Я скомандовал бронепоезду отходить и готовить мортиру, а солдатам бросать инструмент и отходить пешим порядком, после чего занять оборону и даже окопаться в лесу, за который должен был отойти наш убогий бронепоезд, чтобы его стало не видно с территории противника.