Сам же спустился в уже хорошо разведанный овраг, и стал наблюдать за кустами на той стороне, подозревая, что и за нами оттуда наблюдают.
Через несколько минут, когда наш поезд уже почти скрылся за лесом, да и солдаты отошли, а в поле время от времени происходили разрывы снарядов, из-за поворота показался и тот, кто стрелял, а именно внушительно выглядящий бронепоезд.
Тот доехал до самого конца османской железной дороги и встал. А ко мне прибежала по оврагу Инна и спросила:
— И что теперь? У нас четверо раненых и несколько пробитий осколками в самом поезде.
— И экскаватор пока пришлось бросить, — показал я на торчащую из кустов стрелу. — Но это правильно. Попозже заберем.
— Мы или они? — воинственно спросила девушка.
Я улыбнулся и сказал:
— Мы. И от них что-нибудь прихватим. А ты беги на поезд и принимай пока командование. Поставь наблюдателей в лесу, чтобы они мои сигналы видели, и открывай огонь из мортиры. Я буду показывать куда смещать стрельбу. И поезд на одном месте не держите. Главное не дымите при движении.
Глава 10
А из вражеского бронепоезда вылезло несколько человек, да и разные люки открыли, из которых выглядывали любопытные головы. Но недолго. Через десять минут раздался резкий свист, и в сотне метров от османского бронепоезда взметнулся мощный разрыв. Ну да, наша мортира убогая до крайности, но калибр у неё впечатляющий.
Я показал обычными армейскими сигналами, куда переносить огонь, и уже совсем рядом с бронепоездом поднялся второй разрыв, а я приник к оптическому прицелу и первым выстрелом ранил кажется генерала, который с сопровождающими отошел далеко от поезда и при начале обстрела залёг. А вот потом решил добежать до брони.
Я специально не хотел пока никого убивать, по крайней мере из винтовки, так что просто стрелял в корпус и ноги, ранив еще двоих.
А вот затем вражеский бронепоезд, ведя огонь из всех своих орудий по нашему, который маневрировал за лесом, отошел на полкилометра.
Я посигналил пока не стрелять из мортиры, да у нас и снарядов для нее всего ничего. Пусть останутся на случай неожиданностей, если те случатся.
И неожиданность тут же и случилась. Из одного вагона османского бронепоезда через широченные ворота выбрался шагоход и двинулся в нашу сторону, дав пару очередей из крупнокалиберного пулемета. А больше вооружения у него и не было.
И я реально удивился. Считать, что они подавили снайпера, у этих придурков никаких оснований нет. Так какого черта отправлять вперед малобронированную, по сути разведывательную машину?
А шагоход уверенно перешел пограничный ручеек, дал очередь по нашему экскаватору и двинулся вдоль рельсов. Ещё я обратил внимание, что по кустам приближается и несколько пеших разведчиков.