— Кто ты? — проговорил Барщевский пересохшим ртом.
— Какая разница⁈ — ответил Серёга. — Ты — Семён? Корреспондент⁈
— Я, — привязанный неуверенно кивнул. — Развяжи меня.
— Подумаю, — негромко сказал Минус. — Тут торопиться нельзя. Там на улице двое убитых полицейских лежат и мой друг. Нехорошая история выходит.
— Ты убил их⁈ — произнёс корреспондент, то ли радостно, то ли удивлённо.
— Не я, — соврал Минус. — Друг мой. Да один из них его тоже достал. Не повезло Мише, царство небесное ему.
— Развяжи, а⁈ — просяще заговорил Барщевский.
— Дело сложное, — Серёга скривился. — Нужно решить, что дальше делать.
— К врачу мне надо! — заявил корреспондент. — Ты на руки мои посмотри! — добавил он плачущим голосом.
Минус заглянул за спинку стула. На правой кисти Барщевского не хватало двух пальцев, большого и указательного. Серёга огляделся и произнёс:
— Значит так, меня здесь не было. И не вздумай сболтнуть! Я сейчас повалю твой стул. Надо сделать вид, что ты сам освободился. Вон топорик в углу. Я его подтащу сюда, а ты попробуешь верёвки перетереть, чтобы было достоверно. Мне с полицией дело иметь ни к чему.
— Хорошо, — согласно кивнул Барщевский. — А что мне говорить?
— Всё как было, только без меня. Скажешь, что пальба началась, а потом стихла. Ты посидел-посидел и решился освободиться. Давай, не теряем время!
Дождавшись, когда журналист медленно выпутается из верёвочной паутины, Минус тихо заговорил:
— Ты знаешь, кто тебя поручил изловить?
— Догадываюсь, — Барщевский с убитым видом смотрел на свою руку. — Лядов, кто же ещё! Только он мог сыскным такое щекотливое дело поручить.
— А Чаплинский?
— Мог, конечно, — неуверенно ответил корреспондент. — Неужели он с ними заодно⁈
— Да, — хмуро кивнул Серёга. — Он с ними заодно, потому и Брандорфа отстранили. У тебя в редакции люди надёжные есть?
— Есть, — уверенно заявил Барщевский, — у нас коллектив проверенный.
— А фотограф?
— Да, Петя Костюк. А что?
— Нужны они будут. Если ты сейчас дойдешь куда и полицию вызовешь, то не удивлюсь, если тебе помогут пропасть. Сейчас пойдём в сторону Кирилловской, там придумаешь откуда позвонить. Можешь прямиком в редакцию «Ведомостей» заявиться. Хуже не будет. Они ведь тоже признание опубликовали. А от них позвонишь кому-то из своих, чтобы примчались мигом и опросили тебя, а потом уже полицию наберёшь. На улице сейчас, как выйдем, обшаришь убитых полицейских. Надо, чтобы ты удостоверения взял с собой. Пусть фотограф снимет тебя с ними и сразу в номер. А то отвертятся.
— Взял… — корреспондент поглядел на правую руку и слёзы закапали на дощатый пол.