— Левой возьмёшь, — фыркнул Серёга, — и не реви. Тебе повезло сегодня. Очень повезло. Без пальцев прожить можно, — он поглядел на убитого горем журналиста и ободряюще произнёс:
— Не о том думаешь! Пальцы не вернуть, зато у тебя сенсация в руках! Ты только представь, какие заголовки по всей России будут! Это же просто бомба! Ты завтра знаменитым проснёшься! — заявил Минус, хоть совсем так не думал.
Но на Барщевского, к удивлению, подействовало. Он немного подобрался и вышел наружу. Даже документы убитых достал самостоятельно. Удостоверение первого из полицейских сильно пропиталось кровью и Минус с трудом разобрал фамилию Васильченко, написанную неровным почерком.
— Покажи второе, — сказал Серёга. — Я думал, что это Выгранов и Полищук.
— Вон Полищук! — махнул головой корреспондент. — А Выгранова нет. Он, сволочь, меня с Полищуком сюда притащил!
— Тем лучше! — заявил Минус. — Теперь в тюрьму пойдёт за свои подвиги! Давай только, Семён, уходить отсюда, пока ещё кто-нибудь не пришёл.
При мысли о том, что кто-то может прийти, Барщевский вздрогнул и охотно зашагал рядом с Серёгой через обширное поле, на которое уже опускались сумерки.
Глава 42 * * *
Минус поставил кофейную чашечку и вопросительно посмотрел на Хешела:
— Скандал несусветный начался, — удовлетворительно заявил торговец недвижимостью. — А то ли ещё будет! Московские и петербургские газеты своих репортёров командируют, информацию так сказать из первых уст заполучить. Корреспондента нашего Павел Иванов лично допросил, в обход Лядова. Шределю доклад пошёл, а тот уже министру юстиции, да только подполковник Иванов через голову начальника свой доклад Столыпину отослал, как поговаривают.
— А этот, Выгранов, арестован?
— Застрелился он. Странно, конечно, выходит. Он правша и револьвер зажат в правой руке, а дыра от пули в черепе слева. Помогли ему.
— Главное, чтобы нам не помогли, — поморщился Минус. — Этот ваш Мищук мудак абсолютный, если ничего раскрыть не в состоянии, а может не хочет раскрывать.
— Отстранили его, — спохватился Хешел. — Я забыл вам сказать.
— А вещи убитого хоть изъяли?
— Изъяли. Экспертизы ждут. Только там у Мищука целый вал нарушений усмотрели в работе. Шредель, начальник жандармского управления, разбирается с его делами.
— Будем надеяться, что вещи не пропадут, — Минус покачал головой. — С этой полицией и не такого можно ожидать. Правду говорят, что хороший полицейский — мёртвый полицейский.
— Да ведь и без них нельзя, — Хешел развёл руками. — А не то совершенный бедлам получится.
— Да, — Минус кивнул. — Это я так… Надоели мне они. А с Чаплинским что?