Целые снопы пламени вырывались из ствола люгера. Родной бутылочный патрон давал ярчайшую вспышку, в отличии от девятки. Не имея возможности оценить попадания, Минус выстрелил шесть раз подряд, целясь Красовскому в грудь. Полицейский разом обмяк и сполз с высокого сиденья прямо на брусчатку мостовой.
Серёга увидел застывшее в ужасе лицо извозчика, глядящее на него через лобовое стекло. Минус крутанул руль и два оставшихся патрона достались кучеру, нелепо раскинувшему руки и повалившемуся вперёд. «Грегуар» рванулся и сворачивая вправо, Минус услышал длинный полицейский свисток.
— Городовой! — проговорил Серёга, глядя на лицо Марины, ошалевшее от пальбы. — Не бойся, девочка! Уйдём!
Автомобиль швырнуло на ухабах. Минус свернул в Чёрный Яр, моля бога, чтобы выдержали колёса. Кладбище старообрядцев осталось справа и Серёга съехал в поле:
— Едем в сторону шоссе, пока не застрянем. Потом подожжём. Поднимайся, Маринка! Ты и так головой ударилась.
— Шишку набила, — проговорила она, щупая затылок. — Хоть и ждала, что ты стрелять примешься, но всё одно дернулась! Ты убил его⁈ — добавила она, помедлив.
— Да, — кивнул Минус. — И его и возницу. Видел он меня, нельзя было оставить. Я надеюсь, что ты в полицию не пойдёшь⁈ — усмехнулся Серёга неуверенно.
— С чего вдруг⁈ — Марина нахмурилась. — Ты мне помог, а я стану подлости чинить⁈ Другие бы бабы за такого мужчину, как Николай, зубами уцепились, а мне не нужно! Зачем он мне⁈ Чтоб перед соседками да знакомыми нос задирать, а потом ночами в подушку плакать⁈ Ишь, удумал, угрозами меня принудить! Я бы его ещё в квартире у себя убила, кабы силенок хватило! Глядит на меня с ухмылочкой своей и говорит, будто я вещь какая! Если б ты знал, сколько терпения нужно было, чтобы спокойно разговаривать! Я ведь глядела на него, а про тебя думала.
— Умница ты, — улыбнулся Минус. — Видишь, как мы хорошо справились⁈
— Зауважала я тебя крепко, — Марина покачала головой. — Боялась я, что отступишься ты перед ним. Ведь поглядишь на тебя, так хлопчик совсем! Куда тебе тягаться с Николаем! Ан, нет! — нервно засмеялась она. — И не дрогнул ни капельки! Хороший мой! — Марина прикоснулась к нему. — Любо мне с тобою!
— Даже после того, как узнала, какой я?
— А какой ты⁈ — Марина возмущённо фыркнула. — Нечего тут передо мною на себя наговаривать! Хочешь знать, что я думаю⁈ От сердца скажу, как есть!
— Хочу, — Минус уставился на неё.
— Горжусь я тобою! Вот, что на душе у меня сейчас! Я не святая, чтобы над убиенными рыдать! Меня оборонил и этого достаточно.
«Грегуар» остановили в поле. Вдали, за пригорком, находилось Глубочинское шоссе. Минус откинул сиденье, открывая доступ к бензобаку. Он слил шлангом топливо в ведро и щедрой рукой полил автомобиль: