Она хотела ещё что-то сказать, но тут сидящие за столиком начали прощаться. Первым встал усатый человек и медленно зашагал в сторону Спасской. Минус поцеловал Либу:
— Всё, девочка, пошёл я.
Она только молча кивнула.
Серёга двинулся вперёд, едва разминувшись с Богровым, идущим навстречу. Из маленькой табачной лавки вышел человек в сером костюме. Он бросил взгляд на Либу и замялся на долю секунды, но потом всё же направился следом за Минусом.
Человек, за которым принялся следить Серёга, был очень осторожен. Он то и дело, словно невзначай, оглядывался. Останавливался разглядывать витрины и даже задержался у чистильщика обуви. Минусу показалось, что Американец, или кто бы там это не был, срисовал слежку за собой. Он миновал Почаевскую, замявшись, словно собираясь свернуть, но всё же зашагал дальше.
По мере подхода к Александровской площади, Серёга ускорился. Почти в самом конце Спасской, справа от Минуса, находилась часовня, мимо которой можно было сразу несколькими тропинками выйти на параллельную улицу. Американец пытался идти медленно, но всё же Серёга понял, что он стремится именно туда.
Американец свернул по тропинке вправо. Минус ступил на газон, простирающийся почти до самой часовни, срезая путь наискосок. Он шагал очень быстро, почти перейдя на бег. Человек, которого он преследовал, сильно торопился, но пытался не бежать.
Серёга миновал вход в часовню, почти нагнав Американца. Тот обернулся и Минус, решившись, выдернул из кармана люгер. Человек разинул рот, собираясь что выкрикнуть, но Серёга принялся жать на спуск. Четыре пули ударили в грудь и нелепо взмахнув руками, Американец упал на дорожку. Он судорожно вздохнул и затих. Раздались крики с улицы, но Серёга уже бросился бежать. Он притормозил у самой Константиновской и не торопясь, с колотящимся сердцем, зашагал прочь.
Возле тела убитого собралась толпа. Мужчина в сером костюме протиснулся сквозь неё. Он бросил взгляд на тело, уставившееся в небо невидящими глазами. Нужный ему человек точно был мертв. Никакой ошибки. Странно. Мужчина удивился. Он услышал топот лошадей конно-патрульного отряда и не желая становиться свидетелем, медленно пошёл в сторону площади.
Минус наконец добрался на Нагорный. Последние метры он шёл, чуть не высунув язык. Страшно хотелось пить. Серёга зашёл прямиком на кухню, застав удивившуюся его появлению Анечку, и открыв кран, сунул под него голову, чтобы остыть.
— Ты что, бежал? Случилось что-то?
— Нормально, — ответил Серёга. — Просто очень долго шёл. Дай попить чего-нибудь.
— Сейчас, — она засуетилась. — Компот будешь?