Тут Аня ойкнула и едва не выронила удилище вниз. Шнур запел над водой, дрожа от натяжения. Аня только растерянно выпалила:
— Забери! Забери его!
Минус схватил удилище, отозвавшееся сильной потяжкой. Он пожалел, что нет катушки, потому как рыба, рвавшаяся на свободу, была явно не маленькой. Резкие рывки было неудобно гасить коротким удилищем, к тому же пытаясь подматывать лесу. Теперь с подсачеком склонилась Либа, дрожащая от напряжения, она вся ушла в азарт. Глаза загорелись и тело напряглось в ожидании.
В последний момент рыба сделала свечку и рухнув обратно в море, забилась на поверхности в туче брызг, обдав Либу водой. Но только Минус подтянул её, как подсачек уже скользнул как нужно, страхуя. Либа перевалила рыбу в лодку, высунув язык от напряжения:
— Вот это да! Катран! Да ещё какой!
Колючая акула разевала рот, полный острых зубов. Длиной она превышала метр и даже Лев тихо присвистнул:
— Анне Александровне сегодня исключительно везёт! Это самый крупный, которого ловили при мне.
Аня растерянно смотрела на акулу:
— А её можно есть?
— Да, — Лев кивнул, — только надо осторожно брать руками. Она такая шершавая, что можно содрать кожу. С зубами и колючками тоже нужно аккуратно. Но уж трофей, так трофей! Я вас поздравляю!
Аня смущённо улыбнулась:
— Спасибо. Я чуть не бросила удочку! Так резко и внезапно рвануло, что я совсем растерялась.
— Но не бросили же! — Лев улыбнулся. — При такой поклёвке немудрено растеряться.
— Давай, лови! — Либа толкнула его рукой. — Я зачем отдала снасть? Чтобы ты на акулу глядел? Нет, Лёва, ты там постарайся!
Лев опустил шнур, но снова на крючках оказалась пара ставрид. На втором забросе резкий рывок при подъёме и тут же обрыв.
— Луфарь! — произнёс Лев, выбирая шнур. — Это его поклёвка. Просто угодил на тонкий поводок, вот и оторвался.
Лев привязал запасной поводок из толстого шнура и наживил сверкающий крючок куском ставридки:
— Вот, так-то лучше! — он опустил груз и только тот коснулся дна, резко дёрнул удилищем. На подъёме снова ударила рыба, но в этот раз забилась на шнуре. Лев азартно выбирал снасть. Теперь Минус держал подсачек и только показалось блестящее тело рыбы, завёл его с хвоста. Он перевалил рыбу в лодку и Лев оглушил её деревянной колотушкой, которую Серёга не заметил раньше:
— Прыгает! — произнёс Лев. — Сразу за борт вылетит! Это катран почти не бьётся, хоть и его бы надо успокоить.
Катя, замерев, глядела на акулу. Минус отвлёк её, показывая узоры на теле камбалы, а Лев пробил голову катрану коротким трехгранным шилом и тут же спрятал инструмент в деревянный ящичек. У Ани с Либой поклёвок не было вовсе. Они сидели рядом и Аня размеренно поднимала удилище.