— А ты в бутылку на кой фиг-то полез? Теперь он тебя запомнил, и хрена лысого зачёт автоматом поставит.
— Да ну и фиг с ним. Приду на экзамен и сдам как положено.
— Философию?
— А чё такого-то?
— Слушай, ты, часом, не заболел? Вид у тебя какой-то бледный. И потный весь.
— Да всё нормально. По лестнице бежал, вспотел.
Под столом я обхватил ладонью палец с кольцом, останавливая действие функции. Раз уж Витька, заметив пот, не обратил внимания на распухший нос с губами, значит, Целебный пот справился с болячками и полностью снял отёк. И просто так, для профилактики, потеть дальше не было смысла.
— Серый, а чё ты вчера не перезвонил-то? — перевёл тему друган.
Но ответить я не успел. Появившийся с небольшим опозданием в аудитории Максим Андреевич, наш препод по дискретной математике, попросил всех рассаживаться по местам и объявил о начале практического занятия.
Как обычно, мы с первых же минут приступили к решению задач, условия которых Максим Андреевич записывал на доске. Это дело, в отличие от скучных лекций, я любил и с головой окунулся в процесс.
Сегодня решения задач по дискретке давались мне на диво легко. В принципе, я и раньше особо не тупил на этом предмете, но сегодня, определённо, просто был в ударе. Если раньше мозговой штурм, направленный на осмысление и разработку поэтапного плана решения очередной задачи, занимал у меня минуту-полторы, то теперь он сократился до тридцати-сорока секунд.
Столь очевидный прогресс наверняка был напрямую связан с повышением показателя Интеллекта в параметрах. Определённо, я стал шустрее соображать и, как следствие, быстрее щёлкал задачки.
Решив за пару рекордные одиннадцать задач, я заслуженно получил похвалу препода и завистливые взгляды одногруппников.
— Так чё ты не перезвонил-то? — возобновил в перерыв Витька наш неоконченный разговор.
Спустившись по лестнице на четвёртый, мы с другом неспешно брели по запруженному студентами коридору в четыреста семнадцатую аудиторию, где ожидалась последняя на сегодня лекция по информационным технологиям.
— Там неожиданно варик один нарисовался, — уклончиво ответил я.
— Чё за варик?
Ещё вчера вечером я был готов без утайки выложить другу всё, что разузнал за сумасшедший день о теневой параллели. Но прошлой ночью во сне на меня словно наложили какое-то незримое табу, категорически запрещающее делиться с непосвящёнными тайной ясновидящих.
— Как раз после звонка тебе я у общаги парня из соседней с нашей комнаты встретил, — на ходу сочиняя, стал я вдохновенно врать другу. — Рассказал ему о конфликте с Толяном. Он обещал перетереть с соседом. И, прикинь, сдержал обещание.