— Если окажется, что ты нас обманывал, тут же вылетишь наружу на пинках. Обманщиков мы не любим ещё больше бездельников.

— За свои слова отвечаю, — подтвердил я, — слово магика, тьфу, мага.

Мы пошли обратно в грот, и тут я увидел странное. Прохода, того самого, через который гномы прошли, не было. Ни единого намёка, голый камень, словно и не выходили отсюда два десятка фучийцев.

— А как мы… — начал было я, но Дрофур прервал меня, подняв ладонь.

Подойдя к камню он ткнул пятернёй в камень, словно пытаясь силой продавить его, а затем вполголоса забормотал:

— Всеблагой всеотец, грозный небесный воитель, Дух Гор, отвори камень, чтобы достойные сыны твои вернулись в подгорное царство!

Стоило ему только начать свой монолог, как во мне буквально завопило всё моё естество исследователя. Магии в Дрофуре нет ни на грош, просто неоткуда взяться без магического ядра, но как-то же они до этого проход открывали и теперь собирались открыть вновь. Поэтому я немедленно накинул магический взор, а заодно скастовал сканер остаточных магических эманаций.

А затем случилось чудо. По-другому и не назвать. Тонкий жгутик магической силы, возникнув из ниоткуда, коснулся гнома, заполняя манаканалы, которые без циркулирующей по ним маны было просто не видно, а затем мана потекла через ладонь, заполняя в самом камне паутину вложенного заклинания. И как только рисунок заполнился, ярко засияв, тут же с лёгким шорохом камень разошёлся, открывая зев уходящего во тьму прохода.

Жгутик силы немедленно отсоединился от Дрофура, растворяясь в пространстве, и тот с некоторым даже самодовольством в голосе произнёс:

— Видишь, и никакой вашей магии, только именем Духа Гор.

А я только и смог, что односложно угукнуть и молча проследовать за ним, пытаясь осмыслить увиденное.

Что бы там гном не думал, но это была самая натуральная магия в исполнении существа, не имевшего даже намёка на магический источник. Заклинание магии земли, насколько я успел разобраться в рисунке, но хитрое. Без частицы божественной мощи его не активировать. От обычной маны, идущий из ниоткуда поток отличался цветом. Словами сложно описать, что конкретно я видел, но ближайшей аналогией будет, что он опалесцировал перламутровыми оттенками. И это было мне знакомо. В дуэли за руку моей второй жены божественная сила, вливаемая в меня и Гадона была такого же цвета.

— И что, так проход открывать может любой? — спустя пару минут молчания, уточнил я у идущего впереди гнома.

— Нет, конечно, — ответил тот, — из наших только я, потому что посвящён в подземные проходчики. Остальные обычные горнорабочие.