Стоило улучшить обеспечение, пусть не свинохренами, но серьёзно расширив ассортимент, как она немедленно развернулась во всю ширь своей монументально-необъятной натуры.

Студенты тоже любили повариху не только за готовку, но и за добрый нрав, и уважительно звали «тётя Клава». Полное имя у неё было Клафира, но его, похоже, знал только я. Впрочем, следуя общему примеру, тоже именовал исключительно Клавой, опуская, правда, тётю. Потому что она была едва ли старше меня самого.

Женщина была настоящей энтузиасткой своего дела. Клава не просто расширила список блюд, но и постоянно экспериментировала, внося изменения, готовя не только вкусно, но и красиво подавая еду. Несмотря на большой поток студентов, она учила своих помощников, которых пришлось нанять, чтобы справляться с возросшими объёмами, красиво накладывать еду на тарелки. Это было не просто «зачерпнул половником и плюхнул в тарелку», а настоящее искусство. Например, пюре она распределяла ложечкой по одной половине тарелки, создавая волнообразный узор, рядом аккуратно укладывала котлетку, художественно поливала всё подливкой и украшала веточкой местной кинзы. Зелень эта называлась по-другому, но на вкус была кинза кинзой, прямо как в бытность мою на Земле.

Так вот, я спокойно ел свою котлетку с пюрешкой, запивая компотом из сухофруктов, как вдруг дверь столовой распахнулась, и внутрь вбежал Серафим, староста деревни.

Обычно степенный бывший десятник тингландского флота был непривычно возбуждён и активно вращал головой. Проморгался, привыкая к более тёмному помещению, а затем безошибочно нашёл меня.

— Господин ректор! — чуть громче чем надо воскликнул он, привлекая ненужное внимание.

Поэтому мне пришлось резко махнуть рукой, подзывая к себе. Что бы не случилось, при студентах надо вести себя сдержанней. Они же любопытные и постоянно норовят делать всё наоборот. Скажешь не лезть в подвал — значит обязательно залезут.

Но вообще, то, что он решился прервать мой обед, было не очень хорошим знаком, что вкупе с его поведением свидетельствовало о серьёзности возникшей проблемы. Поэтому, с сожалением отодвинув тарелку, на которой ещё оставалась половина котлеты, я промокнул губы салфеткой и поднялся, отодвигая с лёгким скрипом стул.

— Что случилось? — негромко спросил, дождавшись, когда мужчина приблизится, — только не ори.

— Там это, господин ректор, — выдохнул Серафим, умерив тон, — инквизиторы.

— Из Империи? — я приподнял бровь в некотором удивлении.

— Так точно, — кивнул он.

С тех пор, как мы смогли стабилизировать фронт распространения проклятия Икая, группа инквизиторов, находившаяся здесь, собралась и умотала обратно в Империю. Я подозревал, что нас совсем без присмотра не оставили, но официально от инквизиции здесь с тех пор никого не было. И вот теперь они появились снова. Однако, это не тянуло на новость столь тревожную, чтобы оторвать меня от еды. Пожав плечами, я вздохнул и предложил: