Лакрит немного успокоился, перестав брызгать сквозь ротовое отверстие маски слюной, затем подошёл ко мне, глядя снизу вверх, и прошипел:
— Если ты думаешь, что это тебе что-то даст, то ошибаешься. Никто не знает, где вы есть. А стражу мы пустили по ложному пути. Они сейчас думают, что вас повезли из гавани морем. Не сегодня, так завтра мы тебя казним. И никто нам в этом не помешает.
— Завтра не сегодня, — ответил я и отвернулся, чтобы тот не увидел хищной улыбки, вылезшей на секунду на лицо.
Я почувствовал буквально каких-то пару минут назад, как тоненькая, совсем невесомая струйка магической силы просочилась через наручники, заставив завибрировать пальцы. А значит, ещё поборемся. Так просто сдаваться я был не намерен.
Глава 13
Никогда бы не подумал, что так обрадуюсь глухой маленькой камере. Но как только нас с Селестиной туда вернули, захлопнув и закрыв на замок металлическую дверь, я блаженно растёкся по стулу. Столько раз почти сдохнуть в ужасных мучениях и по счастливому провидению каждый раз избегать этой весьма несчастливой участи. Чувство было сродни новому рождению. Хранила ли меня какая-нибудь высшая сила? Или это была невозможная, невероятная, но статистически вполне допустимая удача? Не знаю. Но закрыв глаза и запрокинув голову, я минут десять блаженно улыбался, расслабившись.
— Ох, — простонала рядом Селестина, приходя в себя.
Чёртов мордоворот серьезно её приложил по голове. Я даже сквозь густые волосы видел вспухшую на макушке шишку.
— Ты как? — участливо поинтересовался я у неё.
— Ох, Вольдемар. Лучше не спрашивай, — простонала она в ответ.
Потом встрепенулась, широко распахнув глаза, уставилась на меня с нотками недоверия и надежды в голосе, переспросила:
— Так ты живой?
— Как видишь, — ещё шире заулыбался я. — Не получилось у них сжечь Вольдемара Локариса. Не по зубам я им оказался.
Вкратце обрисовал ситуацию, а затем шёпотом добавил на случай, если нас кто-нибудь опять слушает:
— Ночь у нас есть. Но завтра с утра они попробуют повторить. И там уже, боюсь, мне так как сегодня не повезёт.
Селестина серьёзно кивнула и чуть пошевелила руками, разминая пальцы. Затем пусть и с некоторым трудом, но смогла зажечь в ладони небольшой шарик огня. На что я тут же покачал отрицательно головой и произнёс одними губами:
— Не сейчас.
А сам, дожидаясь, пока похитители или уснут, или, как минимум, ослабят внимание, принялся по чуть-чуть протягивать через наручники силу, накапливая ту в пальцах рук. Такое себе, конечно, занятие. Мана всё-таки не предназначена для хранения нигде, кроме как в источнике маны — в груди. А принудительно удерживая в пронизывающих пальцы манаканалах, она вызывала неприятное жжение, словно разъедающая кожу кислота. Но я терпел, продолжая медленно, но верно продвигаться по пути к свободе.