— Интересно, а что недо-Эрикссон делает в бальном зале Волконских?

— О, Лешенька! — весело хохотнул швед и ударил по самому больному. Благо, с момента предыдущей встречи с третьим сыном наследника престола избавился от всех комплексов и обрел ни разу не подростковую уверенность в себе. — Что, усиленно изображаешь героя войны, надеясь привлечь внимание деда и получить разрешение уволиться в запас?

— Да что ты, мальчишка, знаешь о войне⁈ — возмущенно взвыл княжич и нарвался на еще более жесткий ответ:

— Достаточно, чтобы увидеть разницу между ранением, полученнымна линии фронта во время боевых действий и парой царапин, заработанных при попытке устроить пикник в придорожных кустах через месяц после окончания войны. Кстати, твой диагноз читал не только я, но и дед. Поэтому настоятельно советую снять нашивку за тяжелое ранение и перестать морщиться при ходьбе — ничем хорошим это для тебя не закончится. И еще: награды членов свитытвои отсутствующие не заменяют. Так что выдохни и не позорь ни себя, ни своих сослуживцев.

Как и следовало ожидать, Алексей Яромирович опять взорвался и начал угрожать Эрикссону всеми карами небесными. Только Ларс не испугался:

— Мда… А я-то надеялся, что служба в армии добавит тебе хоть толику решимости и переведет из категории «пустозвон обыкновенный» в категорию «еще не мужчина, но жаждет им стать». Может, тебе стоит почаще вспоминать утверждение Лютобора Игоревича «уважающие себя мужчины предпочитают не говорить, а делать», чтобы когда-нибудь найти в себе мужество и вызвать меня на дуэль? Кстати, даю слово, что приму твой вызов. Даже по «детским» правилам. И убивать не стану — ты мне,какой —никакой , а родич…

Тут я невольно улыбнулся, ибо понимал, что даже если княжич Алексей реально воевал, то со второй ступени ранга подмастерье мог подняться только на третью. Да, формально это было значительно выше нынешнего уровня шведа, нашими стараниями доросшего до первой ступени этого же ранга, но две ступени разницы, по определению, не играли против боевого опыта парня, тренирующегося как бы не фанатичнее меня.

Терять лицо перед членами свиты и невольными свидетелями конфликта Волконский не захотел и озвучил формальный вызов. Позорить его Ларс не стал. И пугать до смерти тоже. Поэтому ответил лучшей формулировкой из всех возможных:

— Деремся до первой крови, серьезной травмы или сдачи, без подмен и тогда, когда ты сочтешь себя абсолютно здоровым. Я на связи. Хорошего отдыха…

В оперативный канал сразу же посыпались одобрительные комментарии членов команды, следившими за ходом конфликта. Я дождался завершения танцевальной композиции, вернулся к Эрикссону, «охранявшему» наших дам, и незаметно для окружающих пожал ему руку. Рындина назвала шведа редким красавчиком, а Дауд и Лиджуан, нарисовавшиеся возле нас буквально через десять секунд, весело подмигнули.