Больше всего я хотел оказаться с вами. На месте Карины, на месте твоего любимого ребенка. Но остался на своем. Я так и не вышел из мира, который казался мне все более чужим и враждебным. Разве что подростковые драки сменились на нечто более жестокое и кровавое.

Я хочу, чтобы ты сказала мне, что со мной все будет хорошо. Что все поменяется. Что я смогу снова стать собой, тем парнем, который не думал, что его могут убить во сне. Но я понимаю, что этого не будет.

Хорошо, что вы уехали из этого кошмара.

Но я так жалею, что вас нет рядом.'

«Отправить».

Я сидел несколько минут, глядя на слово «прочитано».

Когда в прошлый раз не решился отправить сообщение, я боялся, что мама ответит «поняла» или «такое бывает с каждым, если что, звони, я всегда рада поговорить», и на этом все закончится. Но она вообще не написала и не позвонила. И десять минут спустя она была в сети, но по-прежнему ничего не написала.

Наверное, я потерял ее раньше. Возможно, когда она не звонила до и после экзаменов, все уже было порушено. Но как получилось, что я, порченный подросток, пытался наладить связь и любил маму, а мама, жившая в гораздо лучшем мире, не пыталась ничего сделать?

— К черту, — телефон летит на кровать.

Иду к Кириллу Романовичу.

В прихожей кабинета меня останавливает мужик с автоматом, стоящий на страже кабинета. На меня поглядывает нервно — помню, при первом диалоге с Романовичем он находился в кабинете и я его чем-то напугал. Но чем — абсолютно не помню.

— Шеф отсутствует.

— Хорошо, я подожду.

Хочу предложить Кириллу Романовичу сделать на его базе фреску.

Я обещал Эклектике, что сделаю это на Земле. Но я мог разыграть ее между базами Крауна, Бессмертными или другой группой и построить на земле того, кто больше заплатит. Только вот мне было лень с этим возиться. Может, я преисполнился и не вижу смысла в лишних деньгах, но для меня сейчас мое время было важнее торговли.

Когда Кирилл Романович вернулся, он сразу поспешил в кабинет. Мне кивнул, проходя через прихожую:

— Пошли. У тебя что-то срочное?

Я вошел в его кабинет, и рассказал, что планирую сделать на его базе фреску и подробно описал расписал преимущества, которые даст фреска: возможность открыть для любого человека путь практика. Возможность устроить сюда паломничество заинтересованных в развитие своего тела и стричь бабки, репутацию и прочее. За такое предложение я ожидал как минимум восторга или благодарности, но он отреагировал лениво:

— Если хочешь — делай, только рядом с базой.

Я замер на мгновение, пытаясь осмыслить его реакцию. Может, он действительно не понял, о чем идет речь? Или… может, ему просто все равно? Такое равнодушие сбило меня с толку. Я ожидал хотя бы минимального интереса, но Кирилл Романович выглядел так, будто я предложил ему заменить лампочку в коридоре.