— Спасибо, кэп, — традиционно ответил на очевидную истину Игорь, — Готовы? — спросил он, оглядев чуть возбуждённых, выстроившихся возле носа галеры янычар и перевёл взгляд на скрытое темнотой лицо пехотного лейтенанта, — Твои тоже готовы? — получив подтверждение от всех, кивнул, — Действуем быстро, но без лишней суматохи.

Шорох киля по песку послужил сигналом к началу выгрузки. От предложения капитана выдвинуть мостки граф Приарский отмахнулся — не балерины — и первым спрыгнул с галеры.

Оглядываться Игорь не стал, знал, что парни всё будут делать так, как нужно, выстраиваясь в колонну по два с замыкающим её Гарки. Сразу задав темп, попаданец неспешной трусцой побежал к кромке находившегося в полутора сотнях метров леса.

— Хорошо, что это не Омаха-Бич, — усмехнулся Егоров на ходу, — Иначе часть наших кораблей потопили бы на подходе, а впереди сейчас ждали пулемёты.

Наверное, ожидание боевой работы и прилив адреналина заставили землянина вспомнить об одной из пяти точек высадки союзников в Нормандии в сорок четвёртом году. Хотя, казалось бы, при чём здесь та десантная операция? Разве что, сходство пляжей и тут, и там, да ещё и необстрелянность половины десантников.

— Что, господин? — переспросил поравнявшийся с командиром Лепесток.

Этот янычар когда-то был самым разыскиваемым домовым воришкой, сумевшим однажды обнести даже хорошо охранявшийся столичный особняк графини Исталы Оммарской.

Лепестка всё же поймали — сдал кто-то из старших воров — и орать бы ему на ратушной площади от жестоких предсмертных болей, да объявился в гирфельских краях загадочный фаворит новой государыни, и жизнь молодого преступника, во-первых, сохранилась, а, во-вторых, резко изменилась — в очень благоприятную, захватывающе интересную и прилично оплачиваемую сторону.

— Стреломёты и арбалеты, говорю, нас за деревьями не поджидают, — пояснил Игорь, — Не спрашивай больше ни о чём, береги дыхание, — он почувствовал и разглядел под ногами вместо песка твёрдый грунт, усыпанный хвоёй.

Биранский лес, как попаданцу и докладывали, был вполне удобен для перемещения по нему. Густая зелень копилась в основном в кронах высоких деревьев, напоминавших ливанские кедры, а незначительные по размерам участки подлеска и кустарника легко обходились, точнее, обегались — попаданец на шаг не перешёл.

При том, что сейчас стояла самая середина лета, и днём, порой, становилось весьма жарко, ночью, особенно, в приморских частях Полуострова было весьма комфортно — по ощущениям, не больше двадцати градусов, да ещё и радовал тело и душу освежающий бриз с океана.