— Пока, — ответил Йохан.
Глава 16
Вот так запросто я узнал, что страшная война между Европейским Союзом и Гардарикой закончилась. Я не особенно радовался и, конечно же, не возражал. Я остался живой, какие тут возражения?
А громко радоваться солдату наступлению мира неприлично, как рабочие не радуются открыто окончанию рабочего дня. Ну, мир заключили, ведь не победили формально! Да я, честно говоря, и не думал стать победителем Европы, а плен всё-таки лучше гибели.
И Гардарика провела войну довольно неплохо. Пусть СССР победил, двадцать семь миллионов убитых не компенсировать ничем, тем более, что коммунистические власти с барского плеча многое «простили» европейским народам.
По-моему, любая Россия просто физически не смогла бы воевать хуже коммунистов. Сами коммунисты говорили, что на их счастье немцы русским ненавистнее их самих! Они просто позволили русским кое в чём воевать по-своему.
Гардарика же никогда никаких иностранцев ничему не учила, и прусская армия не получила опыта русских. Армия Гардарики воевала совсем с другим противником. И делала она это, как завещали доблестные предки — люто, беспощадно, без сантиментов, тем более без коммунистических бредней.
Европа потеряла тринадцать миллионов, из них два с половиной миллиона в плену у русских. Европа воюет с англосаксами за выживание. Гардарика потеряла за войну два с половиной миллиона солдат и ни с кем не воюет.
Эти факты говорят, что Гардарикой управляют весьма неглупые люди. Они в данных обстоятельствах обдерут Европу до трусов, а под трусы впарят кабальные кредиты.
Да СССР после войны только в развитие Польши вбухал русских средств больше всех контрибуций и репараций! Гардарика же никогда и никому ни копейки просто так не давала. Формально она ничего не потребовала от Европы, мир паритетный, а фактически я не сомневаюсь, что Европа очень долго и много будет платить.
Таким образом, общая ситуация складывалась удовлетворительно, и мы в своём положении можем извлечь конкретную пользу. Приободрённого этими соображениями меня подвёз в казарму лейтенант в очках. По пути, кстати, выяснилось, что его звать Куртом Ридером.
На фронт его не взяли из-за сильной близорукости, а офицерское звание дали за учёность, он перед войной служил учителем в школе, что располагалась в нашей казарме. Теперь он служит в гарнизоне городка и подчинён майору Йохану Цейсу, у того что-то с желудком, если не косит. Раньше тот служил в банке, занимал какой-то пост.
Опять, блин, моя привычка «думать о своём», поддерживая любой разговор. Но что поделать, если люди по большей части просто гоняют воздух, информации от них чуть, совершенно не умеют формулировать мысли и мыслей мне маловато.