Всё-таки не хватает трофейных комбинезонов, но это дело на войне наживное. Проснулись до рассвета. Натянули комбезы, санитарные процедуры, зарядка, водные процедуры в урезанном варианте. Развели в ямке маленький костерок, разогрели банки консервированной гречки с мясом, Серёга сварил кофе, а Вася накрошил бутербродов.

Завтракаем, а тем временем светает и просыпается война. Загрохотали пушки, принялись палить из стрелкового оружия, затарахтели короткими очередями пулемёты.

Конкретно нас в виду не имели, но мы от греха прошли за корму танка. Для нас ничего нового, только не хватает треска бипланов. Сидим себе на корточках, никого не трогаем, пьём кофе с бутербродами, и приходит поляк в форме немецкого сержанта. Спросил разрешения обратиться. Я ему кивнул, и он сказал по-русски с акцентом:

— Полковник Сосновский вам приказал на атаки пехоты не отвлекаться, себя не обнаруживать. Но мы все надеемся, что вы перестреляете танки врага.

Я снова кивнул, проглотил и молвил:

— Понятно, свободен, боец.

Тот откозырял и ушёл. Я подождал, когда ребята доедят бутерброды и допьют кофе да послал их передать приказ полковника по машинам роты. Дождался я их возвращения, и мы полезли в танк по постам.

Сидим спокойно, в оптику любуемся, как поляки воюют, а заряжающий бер Вася потребовал поймать на магнитоле хотя бы немецкое радио, а то ему скучно.

Понятно, что сидим не просто так, а в полной готовности. Я больше ждал появления истребителей-бомбардировщиков врага. Однако они не появлялись.

Англосаксы, к сожалению, не идиоты. В поезде нам некуда было деться, и защищали нас, кроме пулемётов на башнях, четыре зенитные пушки 57-мм. А на фронте мы можем ездить, как нравится, и защищают позиции более серьёзные противовоздушные силы.

Немецкие зенитки 85-мм точно есть, да в Гардарике забрали в долг схожие установки. Прибавим радарное наведение — дурачков, чтобы атаковать кого-то с воздуха, на фронте больше нет. Всех посбивали нахрен.

Тут поможет только разведка боем, вот англосаксы и погнали солдатиков в атаку. Пушки врага ударили на позиции поляков, орудия немцев продолжают контрбатарейную борьбу.

Но вот смолкла артиллерия противника, его солдатики побежали к позициям врага. Немцы, понятно, поставили артиллерией заградительный огонь. Здорово было нападать, когда немцы не могли ответить, но сейчас им хватает снарядов, атакующий враг залёг под плотным огнём, выжившие отползают.

Это всё повторялось ещё целых два раза, как только англосаксам солдатиков не жалко? Каждая такая попытка — три сотни убитых в среднем, плюс пятьсот раненых разной тяжести.