— Что, Тихий, готов показать ответ на мой вопрос?

— Готов, ваша милость.

— Тогда давай начинать. Что мне надо делать?

— Ваша милость, вы сами писали записку?

— Сам, лично, собственной рукой.

— Тогда, ваша милость, ничего такого особого делать не придётся. Сядьте поудобнее, расслабьтесь и, не напрягаясь, смотрите. Постарайтесь только не заснуть.

Камень лёг на лист с вопросом. Я начал творить заклинание и увидел, как льдинкой тает сапфир, пропитывая голубым светом бумагу. Когда он растаял полностью, записка распалась на мелкие белые хлопья, а из них, как язычки пламени, поднялись разноцветные лучи света. Они слились в единый мелькающий узор, в котором иногда вдруг проскальзывали знакомые образы. Из деликатности я закрыл глаза. Нехорошо подглядывать за столь личным зрелищем. Даже не могу сказать, сколько времени длилось мелькание. Пять минут? Десять? Полчаса? Чувство времени исчезло совсем. Но вдруг почувствовал, что всё закончилось.

Открыл глаза и увидел потный лоб и задумчивый взгляд Лагоза. Он посидел в кресле ещё пару минут, затем поднялся и прошёлся по комнате.

— Вот как оно, оказывается, — задумчиво произнёс король и повторил: — Вот как оно…

Проходя мимо невысокого шкафчика для бумаг, он вдруг остановился, открыл ящик, достал хрустальный графин и два массивных стакана. Поинтересовался — будешь? — и, не слушая ответа, плеснул в обе ёмкости. Сунул мне стакан, не ожидая моего ответа, выпил свой до дна и сразу налил себе ещё.

— Стах, а можно поменять будущее? Или что увидел, то и свершится?

— Можно, ваша милость. Для этого его и предсказывают.

— Тогда и мы с тобой попробуем. Ты не видел, нет?

— Не смотрел даже, ваша милость.

— Не видел, значит… — Тут его словно прорвало. — Все! Все сразу меня забыли! Марианка и та… Государственные соображения! Интересы Короны! Только ты один отказался присягать и уехал в опалу! Глупый Стахушка, глупый… Как есть дурак! От генеральства отказался. Не может умный верным быть… Но я пока ещё живой!

— Ваша милость…

— Молчи! Ты ничего не знаешь… Мы с тобой ещё повоюем. Может, выживу, назло всем богам, себе на радость. А коли сдохну, так хоть мужчиной, а не раскисшей тряпкой. Жене как себе верил! А она сразу назвала мужем другого! Ладно, хоть буду знать про её натуру. Теперь о твоём. Земель давать не буду — помру, тебе бы баронство удержать. Деньги получишь на хранение. Выживу — заберу обратно. Чуток оставлю, конечно. Сдохну, хотя бы недостойным не достанется. Лаурка внука родит, ему дашь, сколько сочтёшь нужным. Но не разбалуй сына! Деньги портят людей. Книги получишь. Редкие. Магические. Их ещё дед собирал, потом отец по ним пытался учиться. Наверное, тебе пригодятся. И… не хотел я такого делать, перед богами говорю — не хотел. Да видать, придётся. Ладно, об этом после поговорим.