— Мы же договорились, что без чинов. Чай не на службе.

— Конечно, господин генерал — полковник.

— Я сам знаю, какой я генерал. Давай разговаривать на короткой ноге. Как добрые приятели. Ладно?

— Как скажете, господин генерал.

— Я от приятелей слышал, что ты в сравнительных стрельбах участвовал. Как там тебе?

— Жалкое зрелище, господин генерал. Паровик надо час раскочегаривать. Если враг нападёт, придётся его просить, дескать, погодите нас атаковать, мы сейчас котёл разогреем, тогда давайте. А к бомбомётам, вместо волшебника, нужен свой священник — богам молиться, чтобы дождя не было. Штатные метатели — с ними всё ясно, чай лейб-артиллерия. Всё по Уставу — приехали, развернули орудия, отстрелялись, свернулись, уехали. Сделали, как положено. Молодцы, если одним словом.

— Вот и мне то же рассказали. Но добавили, что ты закусочки привёз. Вина, ликёрчиков. Очень душевно они под разговор пошли. Моим друзьям — генералам качество продуктов понравилось. Не скрою, я небольшую протекцию составил. В разговоре мы подумали, а не закупить ли у тебя продукты для армейских складов?

— Буду весьма рад такому!

Войти на рынок армейских подрядов дорогого стоит, без очень большого блата туда даже не стоит соваться. Первую попытку моего эконома вежливо отклонили. Но я помню про высказанную необходимость выделять пять процентов с оборота в качестве благодарности за содействие.

— Я тут, господин генерал, слышал, что положено на оценку качества поставок процентов пять от оборота закладывать. Не так ли?

— Слишком жирно такое. Хватит и семи процентов от чистой прибыли. Так справедливей. Но… Мы взрослые люди, потому поясню — наличными. Ты меня понимаешь?

— Конечно, господин генерал! Даже и не думал про другое.

— Вот и славно. Умный человек умного человека всегда поймёт. Мы договорились о главном, а конкретные мелочи пусть завтра твой управляющий решит с моими интендантами. С объёмом поставок справитесь. Ты же теперь графство Везен взял под свою руку?

Охренеть! Это ТАКОЙ объём, что я могу больше ничего не делать, только считать армейские деньги и на точность плевать вишнёвыми косточками в потолок. Теперь я ОЧЕНЬ буду должен, а должным быть совсем не люблю. Но и от поставок отказываться грех, меня никто, ни Феофил, ни Кидор, ни Генрих не поймёт. Я сам буду задавлен собственной жабой и загрызен личным хомяком.

Ромул сидит, только глазами лупает, не понимает о чём наш разговор. Молодой он ещё, хоть и мой ровесник.

— Вы знаете, господин генерал, я, как графство получил, просто не успеваю все дела переделать. Уж больно много для моих лет земель собралось. Помогать мне надо. С графством понятно, со своим баронством тоже разобрался, а вот до отдалённых поместий никак руки не доходят. У меня их целых два.