Мнение о войне
— Итак, мой друг, новая война?
— Скорее быстрый налёт, затем быстрый отскок.
— Оно того бы стоило?
— Точно нет. Двое нищих дерутся из-за пары медных грошей, к тому же, которых у них нет. Нищее, но великое, герцогство нападает на нищее, но свободное, баронство. Эдмунд намекает на богатый город-порт, лежащий за баронством. Но даже там весьма относительное богачество.
— Что думают наши?
— Те, кого герцог отправил в отставку, всё ещё обижены и не горят желанием воевать, чтобы после победы вновь быть признанными ненужными. Которые сейчас у власти, боятся за едва-едва начинающееся возрождение Айзенерда.
— Силбербоден?
— Новый великий герцог дал гарантии невмешательства. Правду говоря, нападать не станет — не в его интересах оскорблять государей, только подписавших договор. Только не сразу после коронации — ему надо выглядеть надёжным политиком. Но помощи тоже не дождёмся.
— Предсказуемо. Хаор, понятно, нейтрален?
— Эдмунд надеется, что в случае провала наступления, там найдут пару полков для прикрытия границы с Левобережьем.
— И ещё сильнее подомнут нас под себя. Подданные ликуют?
— Да. Они ведь пока не знают о возможном начале войны.
— Вот не понимаю я Эдмунда! Он… Простите за мат, приличными словами такое не скажешь. На что вообще рассчитывает?
— Остаться в памяти потомков победителем, а не жалким неудачником, потерявшим всё и отдавшим страну Хаору.
— Но без Хаора нам пока не обойтись. Увы! Государыня как?
— Не игрок. Немного уважения, чуть-чуть признательности простолюдинов, щепотка лести. Хаор не сильно любит, зато по супругу будет долго и красиво страдать.
— Она не с нами?
— Зачем? Да герцогиня и не сможет изобразить искренние чувства, когда узнает про скоротечную простуду мужа.
— Он уже завтра?..
Глава 24
Семья
После последнего поцелуя жена стала ворчать — дескать, столько дел, а я пристаю к ней с всякими глупостями. Среди белого дня, не в спальне. Она теперь растрёпанная и помятая. Вновь придётся приводить себя в порядок. Да и служанки шептаться будут. Неудобно! Какие всё-таки мужчины безответственные!
Однако чувствовалось, ругается на меня для порядка. В первую очередь, чтобы оправдаться перед собой. Уходить она никуда не собиралась, лежала на моём плече и довольно млела. Потом вдруг продолжила прерванный разговор:
— Ты только не думай, что Лаура собирается отдариться нам чем-то серьёзным. Тебя всё ещё подспудно считает своим подданным и обязанным ей служить. Знает, что я ей ровня — царевна, это та же принцесса. Однако раз твоя жена, то тоже обязана помогать. Это у неё в сердце, разумом она всё прекрасно понимает.