А ещё я начал перевод книги на аглицку мову, но затем пришлось прерваться. Всё-таки в сутках не 48 часов. Кроме всего прочего сильно не хватало опыта реверсного перевода литературных произведений на английский. Это несколько иное, чем перевод их на русский язык. Словарный запас-то присутствовал, ведь недаром прочел достаточно много книг в оригинале, три года занимался на государственных курсах иностранных языков, и даже участвовал в любительских переводах понравившихся книг. Ну, а ещё мне крайне не хватало компа и программ облегчающих работу. К тому же обнаружилась нехватка словарей, особенно идиоматических оборотов и крылатых слов.

Пришлось совершить паломничество на кафедру в Универ, и просить помощи у специалистов. Прихватил с собой и парочку переведённых глав, чтобы они могли оценить недостатки перевода, а также порекомендовать мне необходимые словари и литературу.

В библиотеке нас так нагрузили словарями и полезной литературой, что обеим девушкам пришлось совершить несколько рейсов к машине, загружая книги в багажник. А самое ценное, что на кафедре пообещали через недельку выдать замечания к переводу. Также постановили, что участие Верочки в переводе книги будет зачтено, и по нему будет выставлена оценка. Порекомендовали глубже привлекать к работе товарища Людмилу, отмечая её отличные познания в английском языке, так как она была у них одной из лучших студенток.

Вот и ладушки, так что мне удалось подготовку текста к переводу, редактуру и последующее перепечатывание сгрузить на домомучительницу. Авось её учительский пыл слегка поутихнет, а тут с неё будет ощутимая польза. Один чёрт её нам навязали, вот я и решил хоть так использовать её с выгодой.

Всё равно, в первое время бабуля очень ограниченно допускала её до готовки, и только обучала этому искусству. Оказалось, что та небезнадёжна и постепенно ряд работ по дому перепоручили ей. Таким образом, я оказался в роли той собаки, «которая смотрит на жизнь, как на консервную банку, привязанную к ее хвосту. Набегается до полусмерти, усядется, высунет язык, посмотрит на банку и скажет: Ну, раз мы не можем от нее освободиться, пойдем в кабачок на углу и наполним ее за мой счет»[3].

А пока я её использовал, как редактора перевода и секретаря машинистку. В результате чего у неё оставалось меньше времени совать свой нос в те вопросы, что её совершенно не касаются. В остальном же товарищ Людмила оказалась выше всяческих похвал. «Спортсменка, комсомолка, наконец-то, она просто красавица», как в фильме говаривал небезызвестный товарищ Саахов.