дальше, — решил Лев. — Если водитель умный, он так и поступит. Что ему остается делать? — Повернуть назад, например. Деньги-то его фирма в Германии уже припрятала. Через десять минут пути обнаружилась другая парковка. Теперь нужно было ждать и надеяться на отсутствие полицейского рейда. Не предупреждая, Ферри вышел, чтобы спрятаться в ближайшем подлеске. Открыв дверцу машины, он помедлил. У Льва появилось желание выйти, обнять его, удержать от этого шага, но Ферри уже скрылся. Он опустил стекла. Далекий шум мотора, вой зверя, шорох акаций. Знакомые звуки и шумы, чуть приглушенные, не вполне предсказуемые. Поэтому возникло ощущение отдаленности, дистанцированности. Даль, которую он мог преодолеть. И ему уже никогда не придется спускаться в туннель. Останется только очередная машина, брошенная на парковке; полицейские, обыскивающие двор, смущенное неведение братьев, упорная ложь матери — и он: пребывающий давно уже в другом месте, давно исчезнувший; воспоминание о сброшенной, как шкура, жизни будет все бледнее, все нереальнее, он чувствовал это уже теперь. Стеклянный, плотно подогнанный мир был подобен сну, и это представление захватило его; опьянение, в котором открывается чужая бездна. Его желудок сжался в горячий ком. Разум и тело расходились в разные стороны, и ему потребовались все силы, чтобы снова свести их воедино. Он распахнул дверцу, и в этот момент на парковку свернул грузовик. Сколько же времени прошло? Не так много. Лев подчеркнуто небрежно захлопнул дверцу машины. Водитель вышел, испытующе посмотрел ему в лицо. Когда Лев кивнул, мужчина спросил по-немецки, сколько человек поедут с ним. — Один, — сказал Лев и свистнул, подал условленный знак. Они долго не будут знать, все ли прошло хорошо. Удалось ли тому грузовику перебраться через границу, выдержали ли нервы у пассажиров-зайцев в тайнике между кузовом и водительской кабиной? Ограничились ли пограничники только проверкой документов или стали потрошить? С каждым километром Лев чувствовал, как увеличивается дистанция между ним и его дедом и окончательным становится это прощание. Когда еще они теперь увидят друг друга? Стоило ли то, что Ферри надеялся найти, заслуживающим разлуки с семьей? Обратный путь затянулся. Лев заметил, что кто-то его преследует. Он ехал осмотрительно, не слишком медленно, не слишком быстро. Огляделся внутри машины Ферри. Ничего такого, что могло бы его выдать. Только он сам. Автомобиль обогнал его, замедлился, заставил и его сбросить скорость, пока они не остановились посреди