Наконец, прожектор погас, и в зале прибавилось общее освещение.

— Большой Совет объявляю открытым, — Царь поднял обычный небольшой молоточек и звонко стукнул им по медному пятачку на подлокотнике, — Сын, подойди!

При слове «сын» возбуждённые шепотки в зале усилились.

Делать нечего, пришлось прошагать по мягкому ковру. Рука Олега Рюревского указывала на большой резной табурет, стоящий близко к трону, по правую руку.

Замявшись на секунду, я всё же сел. Тотчас Царь тронул моё плечо:

— Господа советники. Господа Лунные! Пришлось немного нарушить церемониал, в этот раз мы сразу начинаем с Большого Совета, но сейчас вы поймёте, почему. С нетерпением представляю вам моего сына. Долгие годы поисков увенчались успехом… — голос сидящего на троне был сиплым и натянутым.

Каким-то образом его было слышно во всех уголках помещения, мне даже чудилось лёгкое эхо. Государь продолжал говорить, как это было сложно, и как важно для Красногории и его Великого Лунного Рода.

Мой взгляд скользил по собравшимся…

В первом, самом ближнем ряду, я увидел множество знакомых лиц. Командир Пламенной когорты Славин и глава когорты Стражей Мозырев. Да, да, толчковый пёс, я помню о тебе, и, надеюсь, доберусь до раненого гвардейца раньше.

Потом сидели командиры других когорт, с которыми я уже успел пересечься в коридоре сегодня, сразу после покушения. Три генерала — в белом, жёлтом и синем мундирах.

Ещё в этом ряду был высокомерный священник в чёрной мантии… Как же его там? Второлунник, вроде, я видел его в Царском Лагере, он сопровождал Царя в поездке к Межедару.

Этот тип держал тогда связанными священника Афанасия и мою Эвелину. Я такое не забываю, а значит, хмырь в рясе очень скоро за это поплатится. Но перед этим ответит на несколько вопросов — сдаётся мне, он сможет дать зацепку, куда увели Эвелину.

Мой взгляд задержался на его лице… Церковник сначала смотрел на меня с безразличием, а потом чуть побледнел и судорожно сглотнул, словно услышал мои мысли.

Я тут же потерял к нему интерес.

В следующем кресле сидел Вепрев-старший собственной персоной. Ну, здравствуй, неудавшийся родственничек, наконец-то мы свиделись при других обстоятельствах.

Фиолетовый камзол мага выглядел довольно гармонично в аляпистом ряду Малого Совета — все генералы когорт таскали мундиры разных цветов.

Глаза Андрея Вепрева не излучали дружелюбия, но и особой ненависти я не ощутил. Скорее, некоторое сожаление, что наше знакомство не сложилось. Точнее, не удались его планы породниться со мной…

Лютой опасности я не чуял. Значит, с его сыном всё в порядке, иначе бы Вепрев-старший не был так спокоен.