Он стиснул в кулаках простынь.

— Так, значит, Громов, — я усмехнулся, — Ты у нас кто, рядовой, я так понимаю?

— Говорю же, не закончил я академию, господин капитан.

— Так вот, Гром. Я тебе сейчас предлагаю серьёзный карьерный рост. Правда, ты знаешь, быть рядом со мной — это всегда серьёзный риск…

Фёдор задумался, и в этот момент что-то громко шарахнуло в зале за занавесками. Послышались крики, снова что-то шарахнуло.

— Ваше величие, оставайтесь здесь, — Влад сразу же выскочил за занавеску. Его тень застыла с той стороны ткани.

И тут же под сводами лазарета раздался хриплый вопль:

— Мы — Легио-о-о-он!!!

Да, подарки судьбы сегодня валились прямо как снег на голову. Я подскочил в Громову и схватил его за грудки:

— Смотри в глаза, Гром!

— Вася, чего здесь происходит-то, а? — Федя нахмурился, — Да объясни ты наконец, какого хрена вообще… э…

— В глаза, говорю!

Скользнуть в сознание мага материи — это очень трудно. В оракула я проникаю, как нож в масло, оно само происходит, на автомате. Просто «кокон» срабатывает, и вуаля!

Но у мага материи во взгляде надо поймать эту сраную точку сборки, где концентрируется его «Я», и протиснуться в неё, словно верблюд через игольное ушко. Как же давно я этого не делал, вашу-то псину материальную.

А в зале уже вовсю гремело и грохотало. Непонятно откуда доносились стоны раненых, запахло палёным. К счастью, кроме криков Одержимого уже раздавались слаженные крики гвардейцев. Хм-м, оперативно работают….

— Это, Вася, тут опасненько же, — взгляд Громова так и норовил уйти в сторону.

— В глаза, толчковый ты пёс!

Сейчас я мог не бояться Стражей Душ. Одержимый, который крушил лазарет, растрясёт все Пульсары в округе так, как не один Иной.

* * *

Есть.

Вот же капитская твоя морда, какой серьёзный-то стал, Василий! И всё такой же дрищ…

Прямо на меня смотрел, нахмурив брови, сам наследник. Красные волосы, шрам на щеке, и блёклые, почти прозрачные глаза. Он заметно возмужал за эти пару месяцев, но щёки всё равно натягивались на скулах, как вакуумная упаковка на рёбрышках.

Впрочем, из головы огромного Фёдора тут любой бы выглядел дрищом. Сознание Громова испуганно шарахнулось, ощутив незваного подселенца, но я весомо ударил по нему успокоительным астральным щелбаном.

«Фёдор! Фё-о-одор! Сиди спокойно, пока я тут порядок навожу».

К счастью, он меня услышал, хотя спокойствия это ему не прибавило. Тем более, из-за занавески выскочил Влад и, схватив растерянного Василия за плечо, поволок его за боковую штору.

— Ща, Васёк, — махнул я напоследок, — Пару сек!

Его изумлённый взгляд скрыла ткань перегородки, а я сразу же ринулся взглядом внутрь организма, просветив разом все чакры.