— Всего? На тридцатом уровне⁈ Да это очуметь, как круто! Где раздобыл?

— Не помню, — честно сказал я. — Я не очень слежу за параметрами, как-то не до того.

— Да, в начале игры все потерянные и растерянные. Наворотят дел по незнанию, а потом всю жизнь расхлебывают. Знаешь, хочешь бесплатный совет? Если еще не взял каллиграфию — бери немедленно. Без нее огромная часть высокоуровневой игры для тебя недоступна, неграмотность — зло. Я с пятидесятого до сотого уровня был без нее, и пальцы себе кусал, что такой идиот. В армии, скажем, неграмотный выше сержанта не прыгнет, масса квестов завязана на текстах, письмах, записках.

— Спасибо! — искренне сказал я.- Я сам думал на эту тему.

— Ладно, я в кланхолл — и офлайн, в реале тоже праздновать буду. Удачи, мелкий!

— Мои поздравления еще раз!

Я пил пиво и представлял себе, что вот, я — кавалер Нимис, еду на красивом черном коне домой. Дом у меня большой, с садом, с цветущими деревьями. Встречает меня Сиводушка — вся в шелках и каменьях, я целую ей руку. А она говорит: «Твоя мама приехала!» И мама выходит, обнимает меня и говорит: «Какой у тебя прекрасный дом, Никитка, как тут спокойно и уютно! И жена у тебя просто прелесть! Теперь я понимаю, что здесь жизнь ничуть не хуже, чем там, погощу у вас две недели, и папа после работы будет заходить. И Динку тоже разрешили подключить — он вон, на лужайке, на пони ездит… »

Так-то бред, конечно, но когда это все в деталях представляешь, то потом и глаза открывать как-то веселее.

— Вы спите, сударь? Вот ваш счет.

От счета я аж икнул. Мясо — золотой, это ладно, а вот пиво — еще сорок два золотых. Спасибо, дорогой Мельсон, что так удружил! Пришлось бежать на почту, вытаскивать оттуда полсотни, в кошельке всего-ничего оставалось. Собирался было уже идти наверх спать, но тут в таверну опять вошли стражники — и я не успел пискнуть, как мне скрутили руки за спину и снова куда-то потащили.

— Да что я сделал-то? — спрашиваю того же серого храмового чиновника, но тот ничего не отвечает, а только вперед бежит, рясу приподняв. Торопимся, видимо, очень.

Затащили меня в этот раз не в канцелярию, а куда-то подальше, типа часовни, только без окон и кандалы с цепями на стенах висят, а так все очень чистенько, скамеечки полированные, свечи горят, какие-то картины священные на другой стене, напротив цепей.

Меня пихнули на скамью.

— Руки на стол и не вздумай ими шевелить! Если начнет клешнями махать — сразу в железо берите! — это уже к стражникам. — А ты не вздумай упрыгивать! Учти, исчезнешь сейчас, из этой комнаты уже потом никуда не выйдешь!