— Это ведь твоих рук дело, что тут нет Нанаки Имагавы?

— Не понимаю, о чём ты, — сразу начал я всё отрицать.

— Просто удивительное совпадение, что сейчас на этом приёме присутствуют почти все её родственники, а её самой нет. И это притом, что, во-первых, она до этого почти всегда посещала наши приёмы; и, во-вторых, она не посетила его именно после того, как вы пообщались с ней при мне.

— Действительно интересное совпадение.

— Не хочешь признаваться? — косо взглянула она на меня.

— Было бы в чём.

Она на это едва слышно пшикнула, и на этом этот разговор был закрыт, а мы присоединились к разговору нашей группы. Который, в свою очередь, был последним интересным разговором на сегодня.

— Кстати, вы слышали, что случилось с Харуцугой? — спросил меж делом Асахико.

Лёгкая, расслабленная атмосфера резко пропала из нашей группы.

— Мой брат о том, что говорят, что он сейчас в больнице с серьёзными повреждениями, — уточнил Мунэёси. — И всё это из-за того, что на него напали на улице.

Повисло молчание. Никто не продолжал разговор. Но все периодически посматривали в сторону Мияко, в ожидании её решения — рассказать о том, что ей известно, или нет.

— Это действительно так, — всё же прервала молчание Мияко.

— Эм, Мори-сан, — начал Кадзумицу. — Вы уверены, что об этом можно вот так рассказывать?

«На самом деле, довольно очевидно, что об этом вполне можно говорить, если немного подумать и задать себе банальный вопрос: а как об этом узнали все остальные? Очевидно, что такой большой дом, как Мори, не дал бы разойтись подобной информации, если захотел. А значит, они, как минимум, были не против такого исхода.»

— В этом нет ничего такого. Харуцугу сам виноват, что зашёл в такой район и был слишком уверен в своих силах. С моей точки зрения, ему сильно повезло, что он так просто отделался.

— А что с виновными? Их уже нашли? — уже перегнул палку Мунэёси, и поняв это, сразу продолжил: — Извините, это было слишком нетактично, — извинительный поклон.

«Тут дело в том, что это слишком личная информация. И всё потому что, если Мияко скажет, что дом Мори так и не нашёл виновных, то это будет сильнейший удар по репутации. А если скажет, что их уже нашли, то… она не сможет рассказать, что с ними сделали, ведь по логике вещей их должны были передать государственным органам. Но все мы понимаем, что аристократия так дела не ведёт. Они сами наказывают. И, как правило, это очень жестокие наказания. И, естественно, это незаконно, пускай все всё и понимают.»

— Ничего страшного, — махнула рукой Мияко, — но давайте лучше перейдём на другую тему.